Книга Круговорот и тени, страница 67 – Джин Родман Вулф

— Пока ты, мессир, не велеть прийти.

Спорхнувший ко мне на плечо Орев смерил меня вопросительным взглядом, выражая готовность отправиться наружу и отыскать гуса, если попросят. В ответ я (надеюсь, незаметно) покачал головой.

— Значит, гус ты, Вадсиг, видеть нет? – уточнил муж Анваген.

— Нет, хозяин.

Беруп перевёл взгляд на Сейфер.

— Гус у мой дверь ты видеть быть?

— Да, Беруп, да! В жизни такой громадный гус я не видеть! Клыки длинны, как моя ладонь, быть!

— Это твой Малыш есть? – спросил Беруп у меня.

— Да. Уверен, это он.

— Твой Малыш на Вадсиг напасть быть?

— Вот уж не думаю.

— Вадсиг, ты снова к дверь идти, – махнув рукой, распорядился Беруп. – Если гус видеть, дверь оставить открыта и нам сказать. Если гус видеть нет, дверь запереть и заняться свои дела.

Вадсиг присела, склонила голову, наскоро обозначив реверанс, и поспешила вниз.

Стоило ей удалиться, Сейфер протянула Берупу письмо, написанное мною всего несколько часов спустя. Рука её тряслась так, что листок затрепетал, застрекотал на весу не хуже погремушки.

— Беруп, это я в комната девочки спящей найти есть. Прочесть ты? И Анваген тоже?

Оба склонили головы над листком.

— Твоя дочь она быть, мессир?

В голосе Сейфер тоже слышалась дрожь.

Я кивнул.

— Спать целый день она есть. Целая ночь спать она нет. Ходить есть, говорить есть. Мои картины со стены ломать! – всё с той же дрожью в голосе воскликнула она, повернувшись к Анваген.

Внизу что-то с грохотом рухнуло на пол. Грохоту вторил истошный визг Вадсиг.

Протянутая из темноты, для Свина никогда не завершавшейся ростенью, рука Свина сомкнулась на его плече, болезненно в кожу впившись остроконечными ногтями.

— Что-то там есть, браток… дом вроде бы.

— Думаешь, нас пустят заночевать? Света нигде не видно.

— Так и у Выжлеца, ты сам говорил, ни огонька не видать было.

— Масло для ламп нынче дорого очень, – откликнулся Выжлец чуть впереди, – а свечей попросту не сыскать ни за какие деньги. Правду сказать, – немного поразмыслив, добавил он, – далеко ли ещё до города, я не знаю, но путь мы проделали – о-го-го какой. Я лично готов отдохнуть. А ты, Бивень, что скажешь?

Свин отпустил его плечо и, судя по перестуку ножен, двинулся куда-то вправо.

— Свин шёл пешком, – заметил он, – а я ничего не делал, только сидел на спине твоего изумительно долготерпеливого ослика. Уверен, и Свин, и мой ослик устали куда сильнее, чем я.

— Стенка, – не отойдя и на десяток шагов, сообщил Свин. – Стенка, а ни окошек те, ни дверей… так-так… о, ворота. Настежь распахнуты.

— Вор-рота – нет! – подсказал ему Орев.

— Ясно. Там, за воротами, пустующий особняк, – подытожил Выжлец. – Я сколько раз мимо ездил. Если все согласны, можно заночевать внутри. От дождя укроет: после такой жары наверняка дождь пойдёт. Как ты считаешь, Бивень? Привал устроить согласен?

— Согласен, – ответил он, вынимая из кармана огненный поршень, подаренный Пижмой. – Если этот особняк принадлежал человеку по имени Кровь, с удовольствием поглядел бы. Ты, случайно, не знаешь, кто был его хозяином?

— Хозяином? Понятия не имею. Одно могу сказать: с тех самых пор, как я начал ездить этой дорогой, здесь не живёт никто. Места довольно глухие, а пустых домов всюду полным-полно, причём многие в куда лучшей сохранности.