Книга Круговорот и тени, страница 417 – Джин Родман Вулф

И знаете, Майкл, вопросов об этой повести мне, кроме вас, не задавал никто.

М. Д.: С полдюжины ваших рассказов опубликованы в интернете – как вам это нравится? Соответствует ли данная технология духу времени, удобна ли для потребителя? Нет ли предубеждений по поводу сетевых публикаций с точки зрения литературных обозревателей? Препятствуют ли они включению в номинационные списки или учитываются наравне с печатными изданиями?

Дж. В.: Против публикаций в интернете я ничего не имею, в частности, поскольку надеюсь со временем собрать эти рассказы под одной обложкой. Удобен ли данный вид публикаций для потребителя, пусть лучше судит сам потребитель. Я порой читаю онлайн, но нечасто. Ну, а предубеждения прямо связаны с размерами гонораров. Чаще всего за публикации в интернете не платят ничего либо платят гроши.

Н. Дж.: Неоднозначность – необходимое свойство вашего творчества? Зависит ли великолепие романа или рассказа Джина Вулфа в определённой степени от того, что история порождает в голове читателя по нескольку возможных интерпретаций одновременно, отчего тематической завершённости не достигается в принципе?

Дж. В.: Неоднозначность необходима в некоторых моих историях, но не во всех. Где нужно, она, разумеется, способствует яркости произведения. А вот насчёт принципиальной недостижимости тематической завершённости я лично сомневаюсь.

Н. Дж.: Многие ваши читатели размышляли о том, как повлияло на ваше творчество участие в Корейской войне. Разумеется, события 1950-го – 1953-го в определённой мере перекликаются и с войной Содружества против асциан из цикла о Севериане, и с войной Бланко против Сольдо из романа «В джунглях Зелёного». Что скажете об этом вы?

Дж. В.: На моё творчество влияет весь мой жизненный опыт. Думаю, точно так же обстоят дела у любого писателя. Ясное дело, армейская служба и боевые действия – впечатления из самых ярких, но тем не менее тут ещё следует понимать, что многие из современных наших писателей не в состоянии даже зарядить револьвер. Я пересёк на борту корабля и Атлантику, и Тихий океан. И в качестве члена экипажа ходил под парусом. И множество раз ездил верхом, причём один раз на верблюде – на верблюде по кличке Танк, пронёсшем меня от края до края одной из австралийских пустынь. И летал на лёгком самолёте и вертолёте (конечно же, пассажиром: пилот из меня никакой). И боксировал, пусть не профессионально… и так далее и тому подобное.

Н. Дж.: Между романами «Нового Солнца» и «Длинного Солнца» имеется интересное различие, относящееся к непосредственности божественного присутствия либо вмешательства. Севериан постигает волю Предвечного через посредников – иеродул и иерограмматов, тогда как Шёлк общается с Иносущим, как называют его соотечественники Господа или Предвечного, прямо. Выходит, Шёлк по сути своей куда более свят, чем Севериан?

Дж. В.: Не думаю, что кто-либо из них по сути своей «более свят». Разные люди воспринимают Бога по-разному, и, на мой взгляд, Господь всякий раз поступает подобно всем нам: в каждом случае выбирает способы, наиболее подходящие для изложения собственной воли. Разговаривая с нами, Он нас вовсе не награждает, а обращается к кому-либо, поскольку Ему есть что сказать именно этому человеку, помимо того, что говорится Им для всего человечества.