Онлайн книга «Машины Старого мира»
|
— А что в других городах? Нет вестей? — Слышал, что в Чимеке вспыхнула лихорадка. Кто знает, может, это ещё одна информационная утка. Так или иначе, в ближайшие несколько дней Верховный маг соберёт Планетарный совет. Вот тогда и будет понятно, что делать дальше. Но должен отметить, что мы не так безнадёжны, как может показаться. Есть тут у меня, — Трана подошёл к одному из боковых столов, заставленных бюстами известных магов и прочей бесполезной атрибутикой, символизирующей силу магии, — одна наводка, о которой я никому не говорил. Использовал все старые связи, чтобы поймать ниточку. — Как интересно, — старик поёрзал грузным телом на стуле, расплываясь в сальной улыбке. — И что же это? — Пока оставлю в тайне, а вдруг не выйдет задуманное. — Неужели не доверяешь мне? — В Разнане я никому не доверяю, — не стесняясь, ответил Трана. Он мало переживал за чувства советника, поскольку товарищем его никогда не считал. Став главным контролёром Трана забыл, каково определение слова «друг». Отвернувшись к экрану, старик с наигранной обидчивостью скривился, но уже через секунду его глаза просияли. — Гляди, снова об этом красавце заговорили. Какое у него личико миловидное, чистый фарфор. Трана обернулся к экрану, на котором повторяли развлекательное шоу с участием Вирты Феса. — Да, теперь тупые передачи крутят чаще, по моему указу, конечно. Нужно отвлекать народ от бытовых проблем, без этого никак. — А я не рассказывал тебе, как этот парнишка вылез в свет? — Думал, благодаря деду, — безразлично пожал плечами Трана. — О, нет, — довольно протянул старик. — Лишь отчасти. Он, конечно, выглядит хорошо, но не настолько, чтобы стать в одночасье знаменитым. Феса, как и многие среди звёзд, прошёл долгий путь, через кровати магов Центральной башни. Я же был у него первым. Советник пошло рассмеялся, перейдя на визг, Трана же скривился — к повадкам блудливого старика он так и не привык. * * * Размытая линия океанического горизонта окрасилась в жёлто-розовые оттенки заходящего солнца. Облака тонкой кистью рисовали на небе мягкие нежно-фиолетовые линии. Пространство кругом словно замерло, и только урывками вздымающиеся тонкие слои песчинок гладкой дюны доказывали обратное. Вирта сидел у океанического берега, обхватив колени руками и с тревогой следя за одинокой птицей, парящей над спокойными водами. Пять дней — и он вернётся на континент. Корабль прибыл, он разгружается в порту соседнего города, и как только разгрузка завершиться, ему и Манис придётся покинуть остров. Он вернётся домой, к семье, но отчего же в груди так печёт? Отчего мысль о возвращении отзывается в голове неприятными ассоциациями? Вирта облизал пересохшие губы, зачерпнул в руку горсть белого песка, после чего пустил разрозненные сухие песчинки по ветру. На фоне окрашенной в жёлтое дюны возникла тёмная фигура. Волосы Манис развевались на ветру — сегодня она не заплетала их. Манис. Отчего же она выбрала его, а не Тулсаху? Почему не хочет остаться, а хочет полететь с ним? И тут Вирта вспомнил их мелкие словесные перепалки, их встречи в городе, её слова. Неужели она и правда сменила гнев на милость, неужели… Манис села рядом, поправив на плечах тонкий палантин. — Грустишь? — Немного. — Ты возвращаешься домой, в привычную обстановку… |