Книга Смеющаяся Река, страница 157 – Людмила Семенова

И наконец он вспомнил кельтскую обрядовую песню, которую не раз слышал от Тревора Янга и его отца — они любили развести огонь в камине и, глядя на него, пели о цветении вереска в осеннюю пору, о том, что за увяданием всегда последует новый расцвет, а Благой и Неблагой Дворы не смогут обходиться друг без друга.

Пусть Шихан не всегда в это верил, но строки, всплывшие в памяти, стали единственной ниточкой, соединяющей его с Кайсой, с островом, с миром жизни. И кое-как переведя дыхание, он запел — не просто повторяя слова, а воскрешая в памяти образы отца и сына, вспоминая их разговоры и поучения, полные уважения к мирозданию и дикой природе. Ему показалось, что кровь быстрее побежала по телу, питая его той силой, которая многократно превосходила мертвую силу, украденную у жертв.

И существо, когда-то бывшее человеком, завизжало от ярости и отвращения. Шихан получил удар в челюсть иссушенным кулаком, в котором тем не менее будто таились железные костяшки. Кровь брызнула ручьем, а всю голову обожгло сильной болью. К счастью, зубы остались на месте, но тварь ударила снова, целясь уже в глаз.

Теперь стало не только больно, но и горячо. Вода потемнела, Шихан почувствовал ужасную горечь и тошноту, и только безумное желание выжить слегка притушило этот огонь в голове. Рассекая руками воду, смешавшуюся с кровью, он чувствовал, что тварь все еще где-то рядом, и это не давало погрузиться в исцеляющее забвение. Единственный видящий глаз сфокусировался на искривленном темном пятне, маячившем в стороне, и когда тварь в очередной раз на него кинулась, Шихан извернулся и схватил ее за горло. Шея, похожая на стебелек пожухлого растения, была слабой защитой, и келпи быстро разжевал ее до мяса. Вскоре вой отродья затих, волна потянула останки ко дну, и Шихан, не оглядываясь, поплыл прочь.

Наконец он почувствовал спасительный рыбный запах и от облегчения даже забыл про боль на месте глаза. Шихан мог бы и вовсе плыть вслепую: свежая рыба подсказывала, что где-то рядом база Патруля. И плевать, что там его скорее всего накажут — лишь бы без промедления пустились на поиски Кайсы! Мертвый мир еще держал его невидимыми щупальцами, но Шихан обратил в последний рывок все силы и толкнулся вверх, где сквозь толщу воды пробивался лунный свет. Все ближе, все светлее, все отчетливее тянуло рыбным духом и людской аурой — и наконец он смог уцепиться когтями за палубу.

Когда лабиринт остался позади, Кайса долго не могла понять, где находится. Его магия вполне могла выкинуть ее в самом неподходящем месте, поэтому в долгосрочной перспективе он был бесполезен. Но она пока не чуяла ауру Солли, и это уже немного успокаивало. Теперь ей казалось, что бывшая подруга опаснее охотников, водяных призраков и даже гнева Хозяина морей.

«Надо найти ребенка и других пленников, — сообразила девушка. — Если они и вправду не умерли, то не сегодня-завтра обратятся в нежить и никогда уже не вернутся к нормальной жизни. Только бы как-то связаться с Патрулем! Ведь они, по рассказам отца, спасли столько людей!»

Отец… Но если у них общая душа — он должен услышать ее призыв! Должен подсказать, как быть дальше! Ведь это значит куда больше, чем кровные узы.

Внезапно Кайсу осенило: браслет еще оставался на ней! Как же Солли не догадалась его забрать? Неужели так уверовала в то, что дочь колдуна согласится на ее условия, или просто не знала о его свойствах? Впрочем, пока и сама владелица знала о них далеко не все и могла положиться лишь на чутье.