Книга Песочный замок для графини на мели, страница 54 – Люсия Веденская

Не угрожал.

То есть, по сути, признавал: это возможно.

Я подошла к окну, глядя на берег далеко внизу.

Море сегодня было спокойнее, чем обычно. Волны медленно накатывали на песок, длинные полосы пены блестели под солнцем, а ветер лениво шевелил траву на склонах.

И впервые за все это время я вдруг увидела не место, где чуть не погибла.

А будущий курорт.

Почти смешно.

Еще недавно я вытаскивала туристов из воды и ненавидела пляжный сезон всей душой.

А теперь собиралась построить собственный.

— Госпожа? — тихо позвала служанка.

Я обернулась.

— Скажите… — медленно произнесла я. — Если расчистить спуск к берегу, это займет очень много времени?

Девушка удивленно моргнула.

— Для чего, госпожа?

Я снова посмотрела на море.

И впервые позволила себе произнести это вслух полностью:

— Потому что следующим летом сюда должны приехать люди. Много людей. И желательно сделать так, чтобы никто из них не умер.

Глава 19. По долгу службы

К тому моменту, когда у ворот особняка появился экипаж городской службы, я уже успела возненавидеть три вещи: счета, лестницы и слово «госпожа».

Особенно последнее.

Потому что стоило кому-нибудь произнести его особенно торжественным голосом, как следом обычно происходило что-то неприятное. Например, меня арестовывали. Или пытались убить. Или приносили документы с очередными долгами.

Поэтому, когда одна из служанок влетела в кухню с круглыми глазами и сообщила:

— Госпожа, к вам снова приехали из города…

Я даже не подняла головы от бумаг.

— Отлично, — пробормотала я. — Надеюсь, на этот раз хотя бы без камеры. Я только начала привыкать к нормальной постели.

Девушка нервно улыбнулась, но ничего не ответила.

Я тяжело вздохнула и отложила карандаш. Передо мной лежали расчеты, которые выглядели одновременно вдохновляюще и угрожающе. Стоимость ремонта лестницы к морю. Закупка ткани для навесов. Посуда. Мебель. Оплата рабочих.

И, отдельно, огромными буквами:

НЕ УМЕРЕТЬ ОТ ДОЛГОВ.

Очень мотивирующая бухгалтерия.

Я поднялась из-за стола, машинально поправляя волосы. За последние дни я настолько привыкла постоянно что-то планировать, записывать и пересчитывать, что почти начала забывать, насколько абсурдна сама ситуация.

Я — попаданка-русалка в теле викторианской графини с репутацией морского чудовища — составляла бизнес-план курорта.

Если бы мне рассказали такое в Сочи, я бы решила, что человеку пора в отпуск. Или к психиатру.

Во дворе уже слышались голоса.

Я вышла в холл как раз в тот момент, когда дворецкий открывал дверь.

На пороге стоял инспектор Оуэн Блейквелл.

Без людей.

Без констеблей.

Без ощущения, что сейчас меня снова повезут в город в компании решеток и унижения.

Он выглядел почти… обычно.

Темное пальто, перчатки, немного усталое лицо человека, который слишком много работает и слишком редко отдыхает. Ветер шевелил его волосы, а за спиной покачивались голые ветви деревьев под серым морским небом.

Увидев меня, инспектор слегка кивнул.

— Леди Сэндклифф.

Я скрестила руки на груди.

— Инспектор.

Неловкая пауза повисла между нами почти мгновенно.

Потому что, как ни странно, в этот раз я действительно не понимала, зачем он приехал.

И это нервировало куда сильнее привычных угроз.

— Скажите сразу, — произнесла я прежде, чем он успел заговорить. — Мне хотя бы дадут надеть обувь перед новым арестом, или у городской службы все еще очень свободное отношение к комфорту заключенных?