Книга Позорница ректора академии драконьей крови, страница 89 – Ксения Соболева

Я ударила его локтем в рёбра.

Не палкой. Локтем. Почти вплотную. Больно, неловко, совершенно неакадемически. Он выдохнул, оттолкнул меня плечом. Я отлетела, не удержалась и упала на спину. Воздух вышибло. Мир стал белым. Второе падение.

На этот раз подняться было труднее.

— Два, - сказал Гравен. Его голос был ближе, чем раньше. - Вейр?

Я пыталась вдохнуть. Не выходило. Боль в рёбрах стала такой яркой, что все мысли на секунду исчезли. Только тело, песок, холод, голоса вокруг, далёкое: «Всё, пусть сдаётся», «Да она сейчас захлебнётся», «Вальтор, добей уже», «Смотри, не плачет». Последняя фраза зацепила. Не плачет. Они действительно ждали этого. Ждали, когда из боли выжмется то, ради чего пришли. Слёзы. Просьба. Жалкая, привычная, старая Лиана.

Я перевернулась на бок и закашлялась. В горле стало солёно. Не кровь, кажется. Или немного крови. Неважно. Я встала сначала на колено, потом на одно дрожащее бедро, потом выпрямилась. Палку подняла с третьей попытки.

Гравен смотрел на меня очень внимательно.

— Можешь сказать слово, - произнёс он тихо.

Слово. Сдаюсь. Достаточно. Хватит. Одно слово, и наказание закончится. Не позор даже, формально. Все видят: раненая, избитая, против сильного высокородного. Она продержалась. Можно остановиться.

Но я посмотрела на Эвелину.

Она стояла у арки, прекрасная и неподвижная, но уже не удовлетворённая. Ей не нравилось, что Вальтор до сих пор не сделал всё чисто. Не нравилось, что толпа шумит не так, как должна. Не нравилось, что я не плачу. И вдруг я поняла: если сейчас скажу «сдаюсь», она всё равно назовёт это победой. Неважно, что было до. Ей нужен финальный жест. Моё признание, что боль сильнее воли.

Я сплюнула песок.

— Продолжаем.

Кто-то в толпе тихо выругался. Не злобно. Удивлённо.

Вальтор тоже услышал это изменение. Он понял, что начинает выглядеть не как карающая рука высокого порядка, а как здоровый парень, который слишком долго не может красиво сломать раненую девчонку. Его лицо потемнело. Теперь он хотел закончить. Быстро.

Третья схватка длилась, наверное, меньше минуты, но внутри она растянулась в целую главу боли. Он ударил по руке - пальцы едва не разжались. Я ответила палкой по бедру. Слабо. Он ударил в плечо - я ушла не полностью, и левая рука онемела. Он давил, выталкивая меня к левому сектору, к рыхлому песку, и я слишком поздно поняла: несмотря на начало, они всё равно ведут меня туда. Ещё два шага - и нога действительно ушла в мягкую просадку. Равновесие поплыло. Вальтор увидел, ударил в правый бок.

Я не успела закрыться.

Боль взорвалась так, что звук исчез. Палка ударила по повреждённым рёбрам, пусть и не всей силой, но достаточно. Мир сузился до одного белого, горячего центра. Я упала на колено. Вальтор уже разворачивался для последнего толчка - не запрещённого, конечно, просто чтобы уронить. Наказание должно было завершиться третьим падением.

И тогда я сделала самое глупое и самое правильное, что могла.

Я вцепилась в его форменную перевязь.

Не в руку, не в оружие, не в пояс, а именно в красивую синюю перевязь с родовым знаком, на которую он явно был горд смотреть в зеркало. Потянула вниз всем весом, который у меня оставался. Он не ожидал. Сделал шаг, чтобы удержаться, но нога попала в тот самый рыхлый песок. На мгновение равновесие потеряли мы оба. Он всё равно был сильнее - намного сильнее. Поэтому упала первой я. Но и он рухнул следом, на одно колено, а его палка вылетела из руки и покатилась по песку.