Книга Позорница ректора академии драконьей крови, страница 321 – Ксения Соболева

Мы отправили спасённых по внутреннему коридору к медицинскому выходу, где их должна была встретить Лиор. И двинулись дальше.

Второй узел — зеркальный ветер — оказался хуже. Там застряла команда Даленов, и, если честно, часть меня ожидала увидеть высокомерных красавцев, которые даже в беде смотрят так, будто им обязаны спасение на серебряном подносе. Но страх делает лица честнее. Когда мы открыли внутреннюю дверь, я увидела пятерых кадетов, стоящих в круге спинами друг к другу, пока вокруг них вращались острые зеркальные осколки воздуха. Один был ранен в щёку, другая держала сломанное запястье. Их лидер — светловолосый Дален в дымчатой маске, которую он так и не снял, — сначала крикнул, чтобы мы не лезли, потому что «низшие только собьют контур». Эйрик посмотрел на него так, что даже зеркальный ветер, кажется, стал тише.

— Хочешь остаться? — спросил он.

Дален замолчал.

Тарен быстро объяснил: зеркальный ветер питается попытками выбить его силой. Чем больше родовой магии Даленов, тем крепче кольцо. Выход — не ломать, а найти отражение, которое не показывает никого. Пустое зеркало. Через него можно вывести команду.

— Как найти пустое? — спросила я.

— Обычно — долго и мучительно.

— Сегодня?

Он посмотрел на меня.

— Возможно, кровь Морвэйнов умеет видеть то, что не присваивает отражение.

Очень утешительно.

Я вошла в край ветра, чувствуя, как осколки режут воздух рядом с кожей. Не физически пока, но близко. В отражениях мелькали лица: прежняя Лиана с клеймом, Мариэль в камере, Каэль с ледяным обручем, Эвелина со сломанным амулетом, Дариан Роан, улыбающийся как будущий хозяин, я сама на полу Главного зала. Зеркальный ветер показывал то, что могло зацепить. То, что заставит ответить эмоцией. Я почти поддалась, когда увидела Мариэль, протягивающую руку из камеры, но вовремя услышала голос Тарена:

— Не верьте полигону! Он архивирует вашу боль без разрешения!

Какая странная, но полезная фраза.

Я закрыла глаза и сказала крови: не моё. Не брать. Не отвечать. Я ищу то, что не хочет меня использовать.

Когда открыла глаза, увидела пустой осколок.

В нём не было ни лица, ни страха, ни прошлого. Только тёмный проход.

— Сюда! — крикнула я.

Дален, тот самый лидер, замешкался.

Эйрик схватил его за ворот и почти бросил к проходу.

— Она ведёт. Ты слушаешь.

— Ты кто такой, бастард, чтобы—

Эйрик ударил его взглядом. Не кулаком. Пока.

— Тот, кто ещё не дал тебе умереть от собственной фамилии.

Дален заткнулся.

Мы вывели их через пустое отражение. На выходе лидер Даленов долго смотрел на меня, явно борясь с благодарностью, которая плохо сочеталась с его воспитанием.

— Вейр, — сказал он наконец. — Я…

— Потом, — сказала я. — Если выживем, сможете выразить благодарность в письменном виде, с подписью и без оскорблений.

Тарен оживился.

— Я могу предложить форму.

Дален посмотрел на него так, будто не был уверен, спасли его или унизили. Возможно, оба варианта. Но его команда вышла. Это было главное.

К третьему узлу мы уже были не четверо.

С нами шли двое кадетов из огненной зоны, отказавшихся уходить полностью, один Дален с перевязанной щекой и девочка из его команды, умеющая читать зеркальные остатки. Я хотела отправить их к выходу, но они сказали: «Мы можем помочь». И снова тот же выбор: запретить ради безопасности или принять их право быть не только спасёнными. Я приняла. Команда позорницы росла не потому, что я была самой сильной, а потому, что рядом со мной людям впервые не говорили заранее, где их потолок.