Книга Позорница ректора академии драконьей крови, страница 315 – Ксения Соболева

Один удар сердца.

Тварь рванулась.

Второй.

Кровь обожгла мне горло. Перед глазами потемнело.

Третий.

— Сейчас! — крикнула я.

Мы бросились в контур Тарена. Нира почти падала, Эйрик подхватил её одной рукой, Тарен ударил ладонью по центральной метке, я влетела последней, чувствуя за спиной горячее дыхание твари. Контур вспыхнул не синим учебным светом, а грязно-белым, перегруженным, дрожащим. Камень ушёл из-под ног. Мир перевернулся.

И мы упали.

Не на стартовую площадку.

На финальный круг полигона.

Прямо перед зрительскими террасами.

На глазах у всех.

Я ударилась плечом, перекатилась, вскочила почти сразу — не потому, что могла, а потому что за нами ещё могла прийти тварь. Нира лежала на боку, живая, дышащая, Эйрик стоял над ней с мечом, Тарен сидел на земле и смотрел на собственный контур так, будто тот лично его оскорбил. Над нами сияло искусственное небо полигона, а вокруг — лица. Сотни лиц. Преподаватели. Кадеты. Наблюдатели домов. На верхней площадке Каэль уже двигался к краю, но не спрыгнул. Не вмешался сразу. Увидел, что мы вышли. Дал мне секунду.

Я поднялась.

— Наш маршрут был подменён, — сказала я громко.

Голос прозвучал хрипло, но достаточно сильно.

Орн, стоявший у ритуального стола, побледнел.

— Кадетка Вейр, испытание ещё не—

— Защитные чары отключены. Наблюдение подменено. Нас перенаправили в нижнюю боевую секцию. На маршрут выпущена настоящая тварь из подземелий. У нас есть следы, повреждения, остатки контура и свидетели.

Тарен поднял руку, всё ещё сидя на земле.

— И схема. Плохая, но живая.

Нира, бледная как бумага, попыталась подняться.

— Я подтверждаю, — сказала она дрожащим голосом. — Это была не иллюзия.

Эйрик показал меч. На клинке была чёрная вязкая кровь твари и обломок старой цепи.

— Подтверждаю.

На террасах поднялся шум.

Каэль спустился на полигон уже не как человек, который мог сомневаться. Он подошёл к нам, опустился рядом с Нирой на одно колено, проверил её дыхание жестом, потом передал Лиор, которая уже неслась через площадку с таким лицом, что даже тварь из подземелий, будь она здесь, предпочла бы обратно в туннель. Потом Каэль взял обломок цепи с меча Эйрика. Серебряная печать на его руке вспыхнула, и металл ответил чёрным светом нижней секции.

— Это не полигонная иллюзия, — сказал он так, чтобы слышали все. — Испытание остановить. Все маршруты закрыть. Магистра Орна — отстранить от управления контуром и задержать до проверки.

Орн шагнул назад.

— Ваша светлость, это абсурд! Маршрут утверждён Советом испытаний—

— Именно поэтому начнём с Совета испытаний.

Гравен появился у Орна раньше, чем тот успел сделать второй шаг.

— Не советую бежать, магистр. Я сегодня в плохом настроении.

Лиор тем временем уже проверяла Ниру и Тарена, одновременно ругая всех нас сразу.

— Живы, — сказала она резко. — Но если кто-то ещё раз назовёт это испытанием, я введу ему лекарский зонд в совесть и посмотрю, найдётся ли там что-нибудь.

Я села прямо на землю, потому что ноги наконец решили, что с них хватит. Каэль подошёл ко мне. На этот раз не спрашивал при всех лишнего. Только посмотрел: жива? Я кивнула: жива.

— Вы не ждали спасения, — сказал он тихо.

— Мы были заняты.

— Вижу.

— Команда слабая, как оказалось, была не очень слабой.

Он посмотрел на Тарена, который уже спорил с Лиор о том, можно ли сначала зафиксировать контур, а потом терять сознание; на Ниру, чьи щиты удержали тварь; на Эйрика, молча стирающего чёрную кровь с меча.