Книга Позорница ректора академии драконьей крови, страница 181 – Ксения Соболева

Но слухи, в отличие от объявлений, не любили скуку. По коридорам шептали, что я сама повредила контур, чтобы снова привлечь внимание ректора. Что Эвелина Роан стояла слишком далеко и вообще не могла быть связана с нижним полем. Что Каэль поймал меня почти у самой земли, и ледяная тень его дракона закрыла половину двора. Что у меня во время падения загорелась кровь. Что браслет треснул. Что мастер Гравен чуть не убил одного из старших кадетов за попытку уйти с площадки без разрешения. Что магистр Лиор при всех назвала страховочную систему академии «самодовольной дырявой сетью для убийства детей» — последнее, к сожалению, я не слышала, но охотно верила. И ещё один слух полз тише остальных, ниже, осторожнее, как змея под камнями: во время падения за спиной Вейр на миг раскрылись крылья.

Крылья, которых не должно быть.

Я услышала эту фразу впервые от Лиор, хотя она не произнесла её прямо. Она стояла у моей кушетки, проверяла повреждённый браслет и делала вид, что вся её ненависть сейчас направлена исключительно на тёмное серебро, а не на людей, позволивших ему оставаться на моей руке. Браслет после столкновения с магией Каэля вел себя странно: алый контур внутри потемнел, тонкая чёрная трещина прорезала линию почти до середины, и каждый раз, когда Лиор касалась его зелёной лекарской нитью, металл отзывался глухим болезненным жаром. Не полноценным ударом, нет. Скорее злым шепотом: я ещё здесь. Я ещё держу. Я ещё могу.

— Его надо снять, — сказала Лиор в третий раз за час.

— Передайте это ректору. Желательно чем-нибудь тяжёлым.

— Я уже передала. Словами. Он, к сожалению, выжил.

Я почти улыбнулась, но она не поддержала шутку. Слишком внимательно смотрела не на браслет, а на мою спину. Я почувствовала этот взгляд кожей и напряглась.

— Что?

— Когда вы падали, — сказала она медленно, — вы что-нибудь почувствовали перед тем, как Каэль вас поймал?

— Кроме ужаса, браслета, ветра и осознания, что сегодня очень плохой день для знакомства с землёй?

— Лиана.

Вот теперь стало по-настоящему неприятно. Лиор редко называла меня так в серьёзных медицинских вопросах. Обычно «кадетка Вейр», особенно когда хотела сохранить дистанцию между заботой и дисциплиной. «Лиана» означало, что она говорит не с документом, не с пациенткой, а с человеком, которому сейчас придётся сказать что-то опасное.

Я попыталась вспомнить. Падение было одновременно бесконечным и коротким. Под ногами исчезла сетка. Серое небо развернулось. Браслет вспыхнул. Кто-то крикнул. Потом Каэль. Но до его руки… Было ли что-то ещё? Странный жар между лопатками? Да. Я тогда решила, что это боль от браслета или страх, ударивший в спину. Но если честно, в тот миг у меня было ощущение, будто за плечами что-то рванулось наружу. Не крылья в настоящем смысле. Не плоть, не кость, не перья, не драконья чешуя. Тень. Огромная, тёмная, резкая, как воспоминание о форме, которой у тела никогда не было. Она не удержала меня. Не спасла. Только вспыхнула — и исчезла, когда Каэль перехватил меня в воздухе.

Я медленно села.

— Сколько людей видело?

Лиор закрыла глаза на секунду.

— Недостаточно, чтобы доказать. Достаточно, чтобы слух пошёл.

— Вы видели?

— Нет. Я была внизу и смотрела на контур. Гравен видел тень, но говорит, что это мог быть ректорский след. Дейн видела всплеск за вашей спиной. Тарен был слишком напуган, чтобы быть полезным свидетелем. Верхние уровни… — Она помолчала. — Там были Роан, Дален, Варн и ещё несколько высокородных.