Книга Наказание для Коры Асвальд, страница 35 – Юлия Миронич

— Проводить?

— Не стоит. Боюсь не сдержаться и разрыдаться на вашем плече.

Больше ничего не говоря, я развернулась к тропинке, ведущей в башню. Роуд поймал мое запястье.

— Хочешь поговорить?

Я покачала головой и с сожалением высвободила руку. Роуд тихо сказал мне вслед:

— Если передумаешь… Я живу в комнате двадцать семь.

После длинной очереди, холодного душа и плотного завтрака я порывалась помогать госпоже Фаули в терапии, но там меня быстро нашла Марси и увела в комнату. Я до последнего сопротивлялась, и мы едва не поссорились. Примерно к обеду наш поединок закончился тем, что подруга спеленала меня в одеяло и наложила поверх плетение, которое применяли к буйным пациентам.

— Кора, просто поверь, что так будет лучше. И я знаю, о чем говорю.

— Я тебе это припомню!

— Да, да… После благодарностей за восстановление резерва и ментального здоровья.

Тело гудело от усталости, но разум продолжал бодрствовать. Возиться с плетением и посылать в адрес Марси проклятия мне надоело спустя час, когда она уже сладко сопела.

Сон не шел. Когда я закрывала глаза, то видела маленькое тело девочки на земле. Этот страшный образ не исчезал. Я жмурилась, мотала головой, но он возвращался снова и снова. Когда же усталость взяла свое, забытье не стало спасением.

Темнота продлилась недолго. Размытые пятна вскоре сложились в картину из воспоминаний, извращенную страхом.

На десятилетие брат подарил мне самодельный лук. Среди изобилия цветов, кукол, платьев, украшений и кружев это было моим сокровищем и первым маленьким бунтом против матери.

Во сне я стояла на опушке леса. Вокруг было темно: тучи быстро сгустились, накрапывал дождь. Пахло сырой землей и хвоей. Мне нравился этот запах. И нравилось ощущение свободы.

Отец сказал, что охота — не для маленьких леди. А мне так хотелось доказать, что я уже взрослая и достойна его внимания не меньше брата. Поэтому я тайно выбралась из поместья и пошла в лес одна.

Картина резко изменилась: за мной гнался ворхис — огромный магический зверь с горящими алыми глазами, большими ядовитыми клыками и мощными лапами. Ветки хлестали меня по лицу, ноги цеплялись за корни. От страха я потеряла и лук, и ориентир.

— Госпожа!

— Кора, стой!

Земля неожиданно ушла из-под ног. Следом за мной выпрыгнула маленькая тень. Слуга брата пытался помочь: он удерживал меня на краю выступа, пока Гласс спускался.

Камни начали осыпаться, и мы вместе сорвались. Головой я ударилась обо что-то твердое, и все затянуло пеленой тьмы.

Сознание вернулось быстро. Рядом сидел перепуганный, бледный Гласс с неестественно вывернутой ногой, а чуть дальше лежал слуга в луже крови. По склону спускался отец, другие охотники и целитель.

— Помогите моим детям, не стойте! — прикрикнул отец.

— А он? — спросила я дрожащими губами.

— Слуга? Он не стоит магии.

Пока вокруг нас с Глассом сплетались бледно-зеленые нити, я неотрывно смотрела в глаза мальчику и видела, как из его тела стремительно уходила жизнь.

— Нет! Вы должны его спасти!

Я так сильно кричала и трясла целителя за руку, что меня пришлось оттащить подальше. Желание помочь оказалось катализатором к раннему пробуждению и формированию моего дара. Сила вырвалась сырым потоком, но было поздно. Глаза мальчика закрылись навсегда.