Книга Наказание для Коры Асвальд, страница 12 – Юлия Миронич

— Вам идет.

Я резко выпрямилась и стиснула древко швабры. Роуд стоял всего в трех шагах от меня.

— Благодарю. Вашими стараниями зарабатываю дополнительную должность.

Кажется, его позабавил мой едкий выпад, который делать не следовало, но вернувшаяся злость не оставила шансов здравомыслию. Мартин Роуд вздохнул, снял очки в серебристой оправе и убрал их в карман кителя.

— Эмоции всегда мешают целителю… Злитесь, Асвальд?

— Нет, что вы! Я просто в восторге от происходящего.

— Тогда перестаньте смотреть так, будто мысленно ломаете мне кости, а затем сращиваете.

На этот раз усмехнулась уже я и уточнила:

— Криво, полагаю? Недоучка без диплома ведь не сможет сделать все правильно.

Роуд оперся плечом о стену и скрестил руки на груди.

— Мне следует извиниться. Вы были правы на счет риска потери чувствительности. К тому же предложенное лечение не ошибочно.

От растерянности и возмущения я выронила швабру. Злость всколыхнулась с новой силой.

— Тогда почему? Почему вы позволили Аренсу применить к пациентке магию? — едва не сорвалась на шипение я. — Это не целительство, а настоящее вредительство!

— Потому что целитель должен мыслить шире, смотреть в будущее. Прежде чем проклинать меня, сначала выслушайте. Та женщина — боевой маг и частая пациентка госпиталя. Она предпочитает результат долгосрочным последствиям. Ничего бы не изменилось. Ей пора понять, что выбранный метод приведет лишь в могилу.

Медленно до меня стал доходить смысл слов, и я посмотрела на произошедшее утром под другим углом.

— И вы уверены, что она бы продолжила принимать стимуляторы?

— На девяносто девять процентов.

Где-то рядом хлопнула дверь, а затем коридор погрузился в тишину.

— Если бы вы так рьяно не настаивали, пациентка не восприняла бы предупреждение всерьез. К сожалению… Аренс оказал первую помощь, но пройдет несколько дней, и симптомы вернутся, а боль усилится. Тогда, возможно, она испугается, вспомнит ваши слова и наконец-то остановится.

Мне не понравилось, насколько расчетливо это прозвучало. Я подняла швабру и нахмурилась. Образ идеального целителя дал трещину. Роуд склонил голову набок.

— Будем считать этот инцидент уроком и для пациентки, и для вас.

Я шумно выдохнула и отвела взгляд.

— Сегодня вы останетесь на ночное дежурство в отделение терапии. После ужина приходите на пост для получения подробных инструкций.

Мартин Роуд развернулся и быстро исчез за поворотом. Я же осталась стоять посреди коридора, шумно дыша.

«Высокомерный! Самодовольный! Просто несносный тип!» — мысленно кричала я ему вслед, сжимая древко швабры до скрипа. Не о такой практике я мечтала. С таким же успехом можно было согласиться и на деревенского знахаря.

Я не стала применять успокаивающее плетение. Вместо этого отнесла орудие наказания в хозяйственную комнату и вышла во двор. Мой путь лежал к местному кладбищу.

Воздав небу молитву за упокоение душ, я бродила вдоль деревянных крестов, пока не остановилась возле свежего захоронения. Рядом лежал букет полевых цветов, перевязанный алой траурной лентой. Ветер качал верхушки деревьев и обдувал мое лицо, остужая пыл.

Жизнь так драгоценна и так хрупка…

Прикрыв глаза, я вздохнула. Ногти впивались в ладони. Во тьме воображения я видела костлявые руки, что любовно гладили кресты, скребли землю.