Книга Девочка из башни 330, страница 8 – Тимоте де Фомбель

Конечно, учитывая, что я звоню маме раз в четырнадцать лет, момент можно было выбрать и поудачнее.

— Попросите ее мне перезвонить.

— Мой хороший, я ее, конечно, попрошу, но не рассчитывай на ее звонок до конца следующей недели. Или до начала той, которая будет после следующей. Она даже генеральному директору не перезванивает, а он ей уже который день и звонит, и звонит без продыху. Так что, если тебе что-нибудь нужно, ты лучше скажи мне… Холодильник будет заново наполнен завтра, в понедельник.

— Мне нужно поговорить с мамой.

— Посмотри какой-нибудь классный фильм и съешь пиццу.

Я очень добрый, мягкий и спокойный, но тут мне нестерпимо захотелось забраться в телефон и затолкать эту пиццу секретарше прямо в ухо. Однако я взял себя в руки и произнес самым безмятежным голосом из всех, какие существуют на свете:

— Хорошо, Грюнда. Просто у меня был небольшой вопрос относительно здоровья.

Сказав это, я отключил связь.

Я знал, что слово «здоровье» обладает магическим действием. Я никогда не болел, но мама набила медицинский шкафчик в нашей ванной комнате таким количеством лекарств, что хватило бы на три аптеки. Единственный доступный ей способ выражать свою любовь заключался в тревоге о здоровье людей и ультраскоростной доставке капсул и таблеток.

«Небольшой вопрос относительно здоровья…» Я не сомневался, что послание такого рода Грюнда точно передаст маме.

Я сел и успел досчитать до двадцати.

Сработало. Телефон позвонил.

— Мама?

— Боже мой, ты жив, мой хороший! Врач уже в пути. Ты так меня напугал. Красные пилюли нужно запивать водой, а синие – растворять. И непременно ложись.

— Мама…

— Пока будешь ждать врача, измерь температуру. На голову – грелку, на ноги – лед. Там есть сироп в…

— Мама, послушай меня. Это не я болен.

Тут она наконец замолчала. Я даже не был уверен, что она всё еще там, на том конце линии, – настолько это было необычно. И тогда я сделал то, чего еще никогда не делал. Причем сразу две вещи, которые сам себе строго-настрого запретил делать раз и навсегда: я рассказал ей о том, что происходит в моей жизни, и попросил ее о помощи.

Итак, компания моей мамы называется «INдустрия». Ее сотрудники обеспечены лучшей системой здравоохранения в городе. В верхней части башни «INдустрия» расположены целых десять этажей больницы. Там работают самые компетентные врачи. Компания, которой принадлежат три тысячи заводов на планете и половина топливного рынка, уж конечно, может позволить себе хорошую больницу для подлечивания собственных сотрудников. Если твой бизнес заставляет кашлять всех остальных, это еще не повод самому мучиться насморком.

Когда я рассказал о террасе башни 330, мне показалось, что мама сейчас упадет в обморок.

— Надеюсь, ты не поднимался наверх? – вскричала она.

— Я и завтра туда поднимусь, если никто не позаботится о Селесте.

— А я запрещаю тебе ходить в это место, ты слышишь, запрещаю!

Я слегка отодвинул телефонную трубку от уха, чтобы до меня не долетали брызги маминой слюны. После чего сказал как можно спокойнее:

— Мам, я хочу тебя кое о чем попросить.

Она начала говорить с кем-то по другому телефону. Она наверняка хотела прикрыть микрофон рукой, но, видимо, перепутала трубки, и я услышал всё, что она сказала.

— Да, господин директор, это опять мой сын. Я через минуту вам отвечу. Вы же знаете, каково с ними, с детьми… Очень много сил приходится отдавать семье. Это так выматывает, но в то же время дарит столько радости. К тому же у моего сына слабое здоровье… Я отвечу через минуту, господин директор.