Книга Конечно, любовь, страница 165 – Елизавета Шумская

Их с Мици привели в небольшой домик шагов на сотню вниз от храма. Идти до него пришлось куда дольше: дорога была пологой, с редкими невысокими лестницами. В помещении явно совсем недавно кого-то держали. Цепи, кровь, остатки еды и прочие следы жизнедеятельности об этом более чем ясно говорили. Сашу колотило, но не от брезгливости. От слов этого чудовища в человеческом обличье. Ей не сказали о причинах того, почему сюда отправили Лесснихта – «Боги посчитали ахорцев не такими, не правильными», но она и сама догадалась. Если могло ее что-то напугать сильнее того, что она уже видела, то это было оно.

Возможно, именно этот ужас подтолкнул ее способности, обострил восприятие. Но сейчас она куда явственнее ощущала металлы и пустоты. Последние, скорее, вычисляла логически – по отсутствию чего-то в этом месте. План, как сбежать, вырисовывался и хотя даже неопытной девушке казался сумасбродным, отступать она не собиралась. Самым ужасным для Саши стало то, что с ней Мици. Именно на ней отыграется этот мерзавец, если у них не получится. Никогда еще чародейка не отвечала за чужую жизнь настолько буквально.

Их не оставили в этом доме – потащили обратно. Но на ночь позволили сидеть рядом на тонком одеяле. Саша обнимала рысёнка, чувствуя, что сердце разрывается от ее перепуганных глаз и дрожи, которая то и дело сотрясала тело оборотня. А еще Саругано все время находился где-то рядом. Мици чувствовала его и предупреждала подругу. Та же пыталась раскачать заклинание, которым их удерживали. Она пробовала один вариант за другим со скрупулезностью настоящего артефактора, перебирала все способы, которые знала из лекций и того, что видела у мастеров отца и помнила из рассказов матери. В какой-то момент уже на пределе своих возможностей девушка вдруг ощутила, что кое-что у нее получается – нити заклинания будто раздвигаются. Они еще крепкие, но уже понятно, что можно распутать. Нужно только перебить одну из них. Самую тонкую, в самом слабом месте… Придумать бы как…

Измотанная беспрерывной ворожбой, холодом и страхом, Саша в какой-то момент вырубилась. Утром их с Мици, разумеется, разбудили, отвели в тот же домик для утренних процедур, кинули два тощих бутерброда и отвели обратно. Саругано не поленился повторить свои угрозы, приказав чародейке добыть еще гилгала.

— Сегодня ответственный день. Я не желаю отвлекаться на твои глупости. Ты знаешь, что будет, если я не получу металл.

— Ответственный? – зацепилась за слово Саша. – Чем? Вы собираетесь именно сегодня отомстить богам?

Мужчина неожиданно рассмеялся.

— Сегодня нужная дата. Только месть богам… смешно. Я вырезал их созданий сотнями, и никто из них не проявил ни малейшего интереса. Так что такого можно сделать, чтобы действительно их задеть?

— Тогда… что вы собираетесь делать?

Саругано перевел взгляд на статую прекрасной женщины, помолчал, потом поднялся и посмотрел на девушку своим мертвым вымораживающим взглядом.

— Еще одно слово не в ответ на мой вопрос, и я вырежу у тебя на щеках свое имя, – равнодушно произнес он. – Говорить сможешь, но, поверь мне, не захочешь.

И улыбнулся, явно довольный произведенным эффектом.

Слава небу, звездам и всем богам, Саругано вновь куда-то ушел. Саша решительно сжала в руке кусочек гилгала, который ей вновь оставили для образца. Второй этот мерзавец забрал. «Пусть подавится!» Девушка прижала ладонь к камню, в который уходило заклинание-цепь. Металл под пальцами начал медленно исчезать, рассыпаясь на крохотные частицы, которые проникали в чужую магию так же, как когда выбирались из-под земли. Контролировать этот процесс оказалось дико сложно, но чародейка, сцепив зубы, колдовала. Глаза заливало потом, внутри все дрожало от немыслимого напряжения, но гилгал кружил в сдерживающем заклинании, понемногу собираясь в одном месте и складываясь в знак Лесснихта. Саша боялась, что тот не возьмет магию его потомка, однако в какой-то момент нить энергии завибрировала и будто мигнула. Возликовав, девушка повторила то, что только что делала, и усилила напор. Раз – и в заклинании появилась брешь. Дальше дело техники. Чародейка быстро размотала чужое колдовство, с блаженством ощутив свободу. Пусть пока такую – практически иллюзорную.