Книга Пять дорог, страница 125 – Елизавета Шумская

Эйлиан долго молчала.

— Я… не хочу, – наконец произнесла она. Магия Земли досталась ей от матери, настоящей матери. Не той, которая ее вырастила и которую она так любила.

— Я тебя все-таки обидела? – расстроилась эльфийка.

— Нет, – тут же ответила Эйлиан, мгновенно переключаясь со своих горестей на подругу. – Нет. Просто… я не хочу использовать эту магию. Я вообще с ней ничего общего иметь не хочу!

— О! – губки Алаениель выражали сейчас крайнюю степень удивления. – Но… магия же есть. Это… как игнорировать, что у тебя есть правая или левая рука!

— Пусть так. Я не хочу.

— А-а… ладно тогда… Жалко просто… Может, все-таки… я покажу тебе пару эльфийских методик и…

— Нет.

«Здравствуйте, дорогие мама, папа и Люси!

Вы уехали совсем недавно, но я по вам уже очень скучаю.

Хочу поделиться своей самой большой радостью – у меня появилась подруга! Это та эльфийка, с которой я познакомилась при поступлении, помните, я рассказывала? Я думала, все Светлые эльфы – невыносимые зануды и снобы, но Алаениель совсем не такая. Она даже подарила мне свою ленту в знак нашей дружбы!..»

За окном неистово выл ветер и, кажется, не только он. Складывалось впечатление, что Златко находится в эпицентре урагана, какого-то стихийного бедствия. Дом ходил ходуном, стены дрожали, ощутимо потемнело. Только прекрасные глаза четырехликой горели потусторонним всепожирающим зеленым огнем.

— Колдуй!

Изображение неизвестного города из Срединных земель легко перед ним.

— Что ж, коллега, я впечатлен вашими рекомендациями и, пуще того, умениями, – строгий сухопарый мужчина откинулся в кресле, где сидел. Невозможно было понять, сколько ему лет, но о главном целителе лечебницы Конвоер легенды ходили уже пару столетий. Выглядел же он так, будто лишь лет десять назад закончил лекарскую школу. – Не так часто я встречаю людей, столь же заинтересованных в своем деле, как вы. У вас потрясающие знания в травологии.

— Моя мама из рода знахарей. Там поколений травников и целителей не счесть, – тепло улыбнулась Эйлиан.

— Тогда понятно. Отлично, что вы не ограничились этими знаниями, а пошли в лекарскую школу.

— Как и моя мама.

— Даже так? Потрясающе. Вы действительно разработали снадобье сиеннан для восстановления после ранений? Впрочем, я сам это знаю. Ваш наставник в Кологде – мой близкий друг. С такими успешными идеями даже странно, что вы не пошли по научной стезе.

— Теория без практики – пуста. Практика без теории – ущербна. Я хочу заниматься и тем, и другим.

— Да-а, – протянул он после долгого молчания. – Как я уже сказал, я впечатлен. Что ж, отлично, Эйлиан, вы позволите так себя называть? Добро пожаловать! Я рад, что мы будем работать вместе.

В тот день ее заветная мечта исполнилась. Ее приняли! Приняли на работу в такое место! Как она и мечтала! Лучшая практика из возможных! Приняли без оговорок, без какой-нибудь унизительной стажировки, сразу лекарем! Со встречи с главным целителем больницы Эйлиан практически летела, уже представляя, что напишет своим самым родным людям.

В комнату на втором этаже, которую снимала у милейшей хозяйки, буквально впорхнула и уже внутри закружилась от избытка чувств. Улыбка не сходила с ее лица, пока она случайно не поймала в зеркале чье-то отражение.

Из глубины серебряного стекла на нее смотрела взрослая женщина со знакомыми чертами. Знакомыми, но… но много-много старше.