Книга Олень, фея и камень, страница 65 – Елизавета Шумская

«И все же, – продолжал свои рассуждения Златко, – он говорил так, что словно моим наказанием будет не смерть, а жизнь без княжения. Значит ли это, что выход все-таки есть?» Хотелось куда-то бежать, что-то делать, но Бэррин упорно сидел и думал. Если решение существует, оно не в метаниях по городу. Возможно, нужно просто хорошенько подумать. Каждый маг Разума до самого конца будет считать, что, если крепко все обмозговать, он преодолеет любую ситуацию. Это их сила и их слабость.

Но чем дольше Бэррин размышлял, тем больше приходил к выводу, что выхода нет.

«Неужели и правда конец?» – Златко поежился. Кажется или город на самом деле теряет краски? Сереет, стирается…

«Прости, – со всей искренностью подумал Бэррин. – Я виноват перед тобой. Именно я».

Неожиданно поднялся ветер, швырнул в юношу мелкой колючей пылью, царапнувшей лицо и руки, и Златко на миг захлестнуло чужой, почти человеческой обидой и отчаянием. Город будто кричал ему: «За что?!»

Юноше нечего было ответить. Его действительно приняли здесь как дорогого гостя, более того – как долгожданного, обожаемого князя. Ему предложили всё, всё, что было. А он ответил такой черной неблагодарностью. И чего ради? Ради мира, которого город даже не видел.

— Я виноват, – прошептал Златко. «Не могу исправить. Всем сердцем хочу, но не знаю как. Забери мою силу, крылья и жизнь. Может, этого хватит. Хотя бы ненадолго».

Но город продолжал терять краски, защищая единственное живое существо, которое в нем было.

Почувствовав вызов, Златко подумал, что у него начались галлюцинации. Голос Дэй, такой отчаянный, с такой мольбой, звучал так непривычно… Юноша вытащил шар из сумки и, не веря себе, коснулся его магией.

Картинка появилась не сразу. Да и когда возникла, он не сразу признал происходящее как реальность. Слишком уж у их милой гаргульи было нежное лицо сейчас.

— Это правда ты?

Она совсем как Ива рассмеялась и быстрым жестом вытерла глаза.

— Златко, спасай. Не знаю, что делать, – перевела она тему. Да и верно. Неизвестно, сколько у них времени.

Рассказывала девушка быстро, четко и только по делу. В ином военном рапорте больше воды. Надо сказать, это привело Златко в рабочее состояние лучше, чем любые утешения. Его помощь нужна, нужна!

— То есть у тебя целый город жителей, которых нужно вывести из их подземелья хоть куда-нибудь, но их местный аналог камня не пускает? Даже телепортационная площадка не сработает для них. Верно?

Дэй кивнула.

— А если разрушить камень?

— Он – их единственный источник жизни. Мне не дадут его разрушить, вдруг дело не в нем, а в чем-то еще.

— Но я так понял, что он и так слабеет.

— Да, будто силы уходят куда-то еще. Я так думаю, он просто меняется, может, перерос, – девушка пожала плечами. – Не знаю. Я вообще не понимаю, как эта штука работает.

— Вот и я тоже. Но если он гибнет, почему бы не рискнуть?

— А если мы не правы, то они погибнут от голода меньше чем через пару месяцев, а так, может, протянут еще несколько лет. За эти годы многое может произойти. Думаешь, люди станут рисковать, зная, что могут умереть через несколько недель?

Златко вздохнул. Он, похоже, все же один такой дурак. И тут его осенило. Юноша вспомнил свое видение в туманном озере в Синеборе. Там были люди с белыми глазами. Но гаргулья в своей феноменальной четкости не стала отвлекаться на внешность местных.