Книга Олень, фея и камень, страница 114 – Елизавета Шумская

Златко же думал о том, что прошло слишком много времени. Сколько Дэй оставалось там прорубить?.. Вряд ли много. После этого ее должно было перенести сюда. Так почему же ее еще тут нет? Неужели… там падало столько камней… Один такой булыжник по голове, дело не закончено, вот и не переносит. И лежит там… А если завалило? Боги, они даже не знают, где это хотя бы примерно!

Мысли Калли удивительным образом походили на рассуждения Бэррина. С той лишь разницей, что его эльфийский взор отчетливо видел, что работы Дэй оставалось не так уж много. Значит, что-то непременно случилось.

— Да ладно вам, – будто услышав все эти думы, возразил Грым вслух, – не могло с клыкастой ничего случиться. Это же наша клыкастая! Ты лучше, ушастый, расскажи, что сияешь как дебютантка на королевском балу? Да и вырядился…

Калли провел рукой по щеке и с ужасом вспомнил, что еще не успел смыть пыльцу фей.

«Щит» снова исчез, и сил поставить новый у Дэй не нашлось. Она совсем по-гаргульи вцепилась в стену, в край Айлаэ, прикрыла голову крыльями и продолжила долбить камень. Не осталось ни пиетета перед волшебным деревом, ни сожалений, лишь какое-то остервенение. Осколки то и дело ударяли сверху, как ни пыталась девушка прижаться ближе к стенке.

«Это мне за Ло, – отчаянно подумала Дэй. – Серые небеса, сделайте так, чтобы его жертва не оказалась напрасной. Я должна закончить!»

Удар по голове гаргулья даже не почувствовала, просто в какой-то момент очнулась на полу, среди светящихся обломков. Причем, пока она пребывала в беспамятстве, ее явно приложило не один раз. Но камнепад прекратился, и Айлаэ начал восстанавливать себя. Дэй зарычала и взвилась вверх. Крыльям тоже досталось, и полет оказался на редкость неровным, но таким яростным. С каким же остервенением гаргулья вцепилась в каменное дерево! В дело пошли и магия, и кинжал, от которого уже мало что осталось. Каждый удар отчего-то давался с огромным трудом, будто сам воздух сопротивлялся ему. Или… с нее тянули силу. Точно! Айлаэ забирает энергию и из нее.

«Если я это не прекращу, то скоро загнусь!» – поняла она.

Мало кто может сравниться с гаргульей в упрямстве. И сейчас перед ней был враг. И все ее существо превратилось в совершенное оружие, каким их когда-то и создали. Просто Дэй никогда раньше не входила в состояние настоящего боевого транса, когда не имеет значение ничто. Есть только цель – уничтожить!

Она свалилась на мокрый песок пляжа, как раз когда Калли придумывал третий способ уйти от ответа, но пока не озвучил ни один. Разумеется, тут же все про его сияние забыли, ринулись к гаргулье, ужаснулись ее состоянию и потащили к костру.

— Что с ней? – Златко не понимал и требовал ответа.

Ива уже копалась в своей сумке, а Калли водил над телом руками, сосредоточенный и по-прежнему сияющий.

— Транс какой-то, – ответил эльф, больше чтобы самому разобраться и чтобы Ива правильно подобрала зелья. – Полное магическое истощение. Даже жизненная энергия пострадала, будто всю отдала.

— На что?! – ужаснулся Бэррин.

Калли только повел плечами.

— Думаешь, много вариантов?

— Грым, кипяти воду, – приказала Ива. – Златко, нужно больше тепла, натаскай хвороста. Грыму нельзя поднимать тяжести пока.

— Да я… – начал тролль, получил злой взгляд, заткнулся и побежал с котелком к ручью.