Книга Ученье – свет, а богов тьма, страница 135 – Юлия Жукова

— Слушай, а не получится так, что все будут учиться целыми днями, а Кир – только по вечерам и скоро отстанет от остальных? – волнуюсь я.

— У Кира есть фора, – замечает Азамат. – Он уже умеет читать и писать.

— Вообще, я такой не один, – поправляет Кир. – Еще трое худо-бедно это умеют.

— Надо тебя на полставки перевести, что ли, – вздыхаю я. Ассистент он отличный, но надо ведь и о будущем думать.

— Ну-у, я хочу лечить! – расстраивается Кир.

— Милый, понимаешь, лучше тебе сейчас заняться общей подготовкой, а потом полетишь на Землю и там уже выучишься на целителя как следует. Иначе так всю жизнь и будешь ассистировать.

— А они правда мне разрешат учиться на целителя? – кривится ребенок. – С глухим-то именем?

— Ты же знаешь, что, кроме нас с Яной, все земные целители на Муданге – с глухими именами! Конечно, разрешат.

— Ну ладно, – уныло соглашается Кир. – Хоть на выезды-то возьмете меня?

— А как же! Я на выезде без тебя никак, – категорично заявляю я.

Кир расцветает:

— Тогда согласен!

— В таком случае, – резюмирует Азамат, – послезавтра собирай своих друзей – и к Унгуцу. Айша, тебя тоже касается.

Девочка недоуменно смотрит на него, потом на Кира.

— Ее же Алтонгирел учить собрался, – переводит Кир.

— Он собрался ее учить духовным искусствам, – уточняет Азамат. – И я не уверен, что ему хватит терпения на азбуку и арифметику. Не говоря уже обо всяких глупостях типа правил хорошего тона…

Меня разбирает смех. Да уж, это лучше от кого другого перенять.

Алтонгирел внезапно легок на помине. Судя по всему, он побывал в душе – волосы мокрые, а лицо сухое, да и одет он в Азаматов домашний диль, обернутый вокруг него вдвое. Эцаган входит следом, слегка подталкивая духовника, чтобы бойчее шевелился.

— Мы пришли поесть, – сообщает Эцаган. – Ритуалы окончены, моцоги тоже, Старейшины нам разрешили. Капитан, вы не против, что я в вашем шкафу порылся? Надо было во что-то чистое одеться…

— Да пожалуйста, – недоуменно улыбается Азамат. – Если вас не смущает, мне-то все равно…

Дорчжи суетливо обеспечивает Алтонгирела чаем с плюшками. Сказывается глухое имя: вообще-то он совершенно не обязан никого обслуживать.

Айша осторожно заглядывает своему новоиспеченному наставнику в лицо. Лицо усталое, но спокойное, что не может не радовать.

— Алтонгирел, мы как раз обсуждали, – вкрадчиво начинает Азамат, – что Айше неплохо бы походить в клуб, помимо обучения у тебя. Ты как на это смотришь?

— К кому? – без выражения спрашивает духовник.

— К Унгуцу.

Он кивает.

— Хорошо смотрю. Я бы вообще предпочел, чтобы она поменьше имела дело с психами вроде меня.

Эндан и Дорчжи переглядываются, Айша сникает.

— Во-первых, она вот сидит, – напоминаю я. – Прибереги свои заморочки для тех, кто знает, в чем дело, а то бедный ребенок еще решит, что ты не хочешь ее учить. Я понимаю, для тебя это долг и все такое, но она живой человек с чувствами.

— Я просто не хочу научить ее плохому, вот и все, – откликается Алтонгирел, убедительно притворяясь здравомыслящим.

— Ну знаешь! – фыркаю я. – Я вот, между прочим, не далее как этой весной человека убила. Что теперь, я не имею права говорить своим детям, что хорошо, а что плохо?

Алтонгирел смотрит на меня живо, как будто напрочь забыл об истории с джингошем.