Книга Печать Забытой Эпохи, страница 56 – Эмбер Скай

— Что вы предлагаете? — прямо спросила я.

Рейнар повернулся ко мне. Его стальные глаза смотрели прямо, честно и твердо:

— В моем официальном рапорте Тайной инспекции будет записано следующее: в замке «Вересковый Холм» обнаружен локальный геотермальный разлом природного происхождения. Замок взят под особый надзор и охрану военного ведомства Северного рубежа как стратегический опорный пункт. Графиня Верадель фон Райс признана благонадежной подданной, ведущей восстановительные работы в строгом соответствии с имперским правом.

У меня перехватило дыхание:

— Вы пойдете на прямой подлог перед Высшим Советом? Ради меня?

— Не ради вас, графиня, — Рейнар подошел вплотную, и в его голосе прозвучала несокрушимая, мужская сила. — Ради здравого смысла. И ради будущего этого края. Северу нужны не столичные казнокрады, а настоящие хозяева. Такие, как вы.

Он протянул мне руку в черной кожаной перчатке:

— Я беру на себя политический и военный щит. Ни один столичный чиновник не переступит эти ворота без моего личного разрешения. А вы… вы продолжаете строить, лечить людей и растить свою землянику. По рукам, Верадель?

Я посмотрела на его протянутую ладонь.

Это был не просто союз. Это был настоящий пакт — союз силы, ума и взаимного доверия двух взрослых людей, нашедших друг друга посреди ледяной пустыни.

Я сняла перчатку и уверенно вложила свою теплую женскую руку в его крепкую мужскую ладонь.

— По рукам, лорд Кроуфорд.

Его пальцы сомкнулись вокруг моих с мягкой, но железной силой, скрепив наше негласное соглашение перед лицом древней Печати.

И в эту секунду я поняла: теперь замок «Вересковый Холм» стал по-настоящему неприступен.

— Если столичная аристократия узнает, какой крем для рук вы варите из обычного жира и верескового корня, Верадель, вам придется ставить у ворот не гарнизон, а осадные баллисты от наплыва графинь, — негромко произнес Рейнар, поднимаясь вслед за мной по каменным ступеням из подвалов.

Я стряхнула с подола платья невидимую пылинку, на ходу поправив выбившуюся из косы прядь:

— Женщины, лорд Кроуфорд, способны простить мужчине проигранную войну, но никогда не простят сухую кожу и ранние морщины. Это более грозная сила, чем вся ваша пограничная кавалерия.

Маршал коротко, с искренним удовольствием усмехнулся.

Напряжение, висевшее между нами последние сутки, окончательно рассеялось, уступив место тому самому теплому, пьянящему чувству сообщничества, которое возникает между людьми, разделившими опасную тайну.

Мы вышли в парадный холл, где старый Арчибальд уже стоял наготове с начищенным медным кувшином и чистым льняным полотенцем, чтобы мы могли омыть руки после подземелий.

И в этот самый момент тишину замка разорвал звонкий, заливистый перезвон серебряных колокольчиков, сопровождаемый громким окриком форейтора со двора:

— Дорогу Ее Светлости вдовствующей герцогине Сазерленд! Именем Короны, отворяй!

Арчибальд от неожиданности дернулся, едва не выронив кувшин, и посмотрел на меня круглыми от благоговейного ужаса глазами:

— Вдовствующая герцогиня… Беатрис Сазерленд… Сама!..

Рейнар, вытиравший пальцы полотенцем, замер. Его брови медленно поползли вверх, а на губах появилась хищная, предвкушающая улыбка:

— А вот и тяжелая придворная артиллерия пожаловала. Самая опасная женщина империи, не считая вас, Верадель.