Книга Печать Забытой Эпохи, страница 2 – Эмбер Скай

Нотариус молча пододвинул ко мне два плотных листа гербовой бумаги. Я аккуратно стянула перчатку с правой руки — пальцы оказались тонкими, аристократичными, с аккуратными ногтями, но кожа была ледяной — и взяла документ.

Текст был составлен с иезуитской подлостью.

Джулиан Моро забирал себе весь столичный особняк, каретный парк, конюшни, городские ренты и драгоценности «в счет покрытия семейных расходов и уплаты супружеского долга». Мне же, в качестве отступного, великодушно отписывалось родовое гнездо моих предков — замок «Вересковый Холм» на крайнем Севере, в провинции Белых Скал, со всеми прилегающими землями, лесами и…

Я зацепилась взглядом за восьмой пункт, набранный убористым мелким почерком:

«...со всеми историческими обременениями, фискальными недоимками и обязательствами перед Короной, накопленными означенным поместьем за минувшие десятилетия».

Вот оно. Я едва сдержала холодную усмешку.

Виконт не просто вышвыривал надоевшую жену в никуда. Он вешал на меня гигантский долговой капкан. «Вересковый Холм» в столице давно считался гиблым местом: замерзшие пустоши, разрушенный замок, на котором висел колоссальный долг по налогу на неосвоенные территории. Корона годами требовала выплат, и Джулиан, как номинальный распорядитель приданого, рисковал попасть под суд гильдии казначеев.

Сбросив замок на меня в статусе единоличной владелицы, он очищал свое имя перед кредиторами, отправляя бывшую жену прямиком в долговую тюрьму, как только имперские фискалы постучат в северные ворота.

Какая прелестная, неприкрытая мерзость.

— Ну что ты там вычитываешь? — раздраженно бросил виконт, доставая из кармана золотые карманные часы на массивной цепочке и с щелчком откидывая крышку. — Селеста ждет меня у модистки через сорок минут. Подписывай, Верадель. Или я аннулирую предложение, и тогда ты вылетишь отсюда со справкой о душевной неполноценности. Выбирай: глухой север или столичный приют святой Магдалины для буйнопомешанных.

Он угрожал. Пытался давить на остатки страха, не понимая, что перед ним сидит человек, который в свое время лично выбивал акты приемки у самых неподкупных пожарных инспекторов района.

Я медленно подняла голову и посмотрела Джулиану прямо в глаза. Спокойно. Внимательно. Так, как смотрят на некачественный, треснувший кирпич, который нужно немедленно выбросить из кладки, чтобы не портил фасад.

Виконт от этого взгляда на мгновение осекся. Ухмылка на его лице дрогнула, а рука с часами непроизвольно опустилась.

— Господин Торн, — обратилась я к нотариусу, игнорируя бывшего мужа. — Будьте любезны, откройте Свод Законов Империи Арденвейл. Раздел третий, глава девятая: «О статусе депрессивных и климатически поврежденных северных территорий».

Старик за конторкой моргнул. Его выцветшие водянистые глаза за стеклами круглых очков округлились.

— Прошу прощения, миледи?..

— Вы прекрасно меня слышали, — мой голос наполнился мягкой, но несокрушимой уверенностью. — Параграф сорок два, примечание второе. Согласно закону о Великом Заморозке, принятому еще при короле Альбрехте Третьем, любые земли, признанные зоной аномального природного бедствия и не приносившие дохода свыше двадцати лет, освобождаются от выплаты исторических недоимок ровно на десять лет с момента вступления во владение новым прямым наследником рода. При условии, что владелец принимает титул Хранителя и не претендует на государственные дотации.