Книга Печать Забытой Эпохи, страница 15 – Эмбер Скай

Глаза кучера блеснули искренним уважением:

— Сделаю в лучшем виде, миледи. Мужики на Севере зимой волком воют без копейки. За такую плату да за вашу похлебку к вам лучшие мастера пешком прибегут, вот увидите.

— Вот и отлично. Поезжай с богом.

Тяжелый дилижанс со скрипом тронулся, вздымая за колесами белую снежную пыль, миновал арку главных ворот и скрылся за скалистым уступом. Первый связной ушел. Теперь оставалось сделать так, чтобы к моменту прихода рабочих этот замок не рухнул нам на головы.

Я вернулась в теплое нутро замка.

В малой столовой у прогоревшего, но все еще теплого камина меня уже ждал Арчибальд. Старик успел с утра навести идеальный порядок: его полинявшая синяя ливрея была тщательно вычищена, жабо расправлено, а на маленьком столике дымился глиняный кофейник, источавший горьковатый, травяной аромат цикория и сушеной мяты.

— Ваш утренний отвар, миледи, — с безупречным поклоном произнес мажордом.

— Спасибо, Арчи. Присаживайтесь, — я сделала глоток обжигающего, терпкого напитка, чувствуя, как по телу разливается бодрость. — У нас мало времени, а работы невпроворот. Мне нужны ключи.

Мажордом замер с серебряным щипцами для сахара в руках:

— Ключи, миледи? От парадных покоев третьего яруса? Увы, там крыша прохудилась, я бы не советовал…

— Нет, Арчибальд. Не от крыши. Крышу я видела вчера с дороги — там стропильная система требует полной перевязки, без плотников и подъемных лебедок туда соваться бессмысленно и опасно. Мне нужны ключи от нижних уровней. От катакомб и подвалов под главным донжоном.

Лицо старика мгновенно вытянулось, а щипцы с тихим звяканьем опустились на поднос.

— В… подвалы? — голос мажордома упал до суеверного шепота. — Помилуйте, миледи Верадель! Туда не спускались со времен вашего детушки, да упокоят боги его душу! Там вечный мрак, холод, ступени осклизли, а в дальних штольнях, сказывают, блуждают духи древних… Покойный батюшка ваш строго-настрого запрещал открывать нижнюю чугунную решетку. Говорил: там спит то, что человеку трогать не положено.

Я спокойно допила отвар, поставила чашку на блюдце и посмотрела на старика тем самым взглядом, которым на стройплощадках приводила в чувство начальников участков, пытавшихся скрыть брак в железобетонных фундаментах.

— Арчибальд, посмотрите на меня.

Старик моргнул и несмело поднял глаза.

— Я — инженер. То есть, архитектор и строитель, — поправилась я, вспомнив местные реалии. — Ни одно здание в мире не может стоять крепко, если у него гнилой фундамент. Вчера, когда мы растопили камин, я почувствовала, как тепло уходит в каменную кладку пола. В замке есть скрытая система каналов. Если она забита льдом, грунтовыми водами или обвалами, мороз рано или поздно разорвет базальт, и мы проснемся под завалами собственных спален. Вы хотите, чтобы родовое гнездо фон Райсов сложилось, как карточный домик?

— Нет, миледи… упаси создатель…

— Тогда несите ключи, фонарь с запасом масла и самый крепкий железный лом или кочергу, которая найдется на кухне. Мы идем на нулевой уровень.

Через десять минут мы стояли перед массивной дубовой дверью в дальнем конце кухонного коридора. Дверь была окована полосами почерневшего железа и закрыта на тяжелый навесной замок размером с хорошую буханку хлеба.

Арчибальд, сжимая в руках тяжелый медный фонарь с чистым стеклом и длинный железный зубило-скребок, дрожащими пальцами перебирал массивную связку ключей.