Книга Квест Академия. Том 1 и 2, страница 110 – Марина Ефиминюк

— Уже закончили? – как назло, засек меня Ранор.

— Да, магистр, – вежливо ответила я, с трудом удерживая себя на месте. – Торопимся в библиотеку за книгами. Вдруг маграция вырастет и убежит из горшочка.

Отпущенная с богом, в смысле с посаженным цветком и инструкциями непременно вести дневник наблюдений, я наконец бросилась в погоню. Дорога к выходу оказалась полна неожиданных препятствий: то на местного ботаника, ковыряющего какой-то росток, чуть не наскочишь, то едва не попадешься в щупальца окончательно обнаглевшего арауста.

Куст попутал берега! Он больше не желал ждать, пока глупая жертва додумается забраться в зеленую густоту, а вытягивал на дорожке усы, чтобы схватить ее за ноги и притащить насильно. Правда, на отросток я случайно наступила каблуком, стебель сочно хрустнул и немедленно спрятался. Еще вопрос, кто на кого напал.

— Прости, приятель! – бросила я и припустила дальше.

Замок Дартмурт и его окрестности атаковал бездушный осенний дождь. Колотил нещадно, без перерывов и передышек. Я выскочила под стеклянный козырек и наткнулась на Илая. С края крыши текло, в лицо летела ледяная пудра, и нестерпимо хотелось снова спрятаться во влажном тепле оранжереи.

— Идешь? – кивнул он, давая понять, что дожидался меня, и смело шагнул под ливень. Тугие сильные струи, выбивавшие в лужах на дорожке большие пузыри, обтекали его фигуру, окутанную невидимым глазу магическим контуром.

К собственной досаде, стихийной магией я владела дурно. Маг, преподававший предмет в школе, увлекался единственной стихией – нет, не огненной и даже не воздушной, – она имела некоторое отношение к воде, туманила голову и в теткиной таверне обязательно разбавлялась сивухой. Все верно, профессор считал вино пятой стихией, посвящал ей бо`льшую часть дня и ни разу не объяснил, почему мой водонепроницаемый щит похож на прохудившийся зонтик. Хотя кому я пытаюсь врать и выглядеть красивее, чем есть на самом деле? Он походил на решето с мелкими дырками! В ливень под таким не выйдешь.

— Ну ты что замерла? – Илай протянул руку. – Шагай, мать моего цветка.

Поколебавшись, я сжала его ладонь и почувствовала, как кожу покалывает магическим током, а тело накрывает заклятием. Крепко держась за руки, словно беспросветно влюбленная парочка, мы пересекли внутренний двор академии. Оказавшись под крышей, я немедленно освободилась и буркнула:

— Спасибо.

— Аниса… – позвал Илай меня странным голосом.

— А? – настороженно уточнила я и с удивлением проследила, как он положил руку мне на плечо.

— Хочешь, мы позовем всю банду и устроим поминки по твоему кактусу? Очкастая точно знает толк в поминках.

Некоторое время я таращилась в светлые смеющиеся глаза, изучала капризные губы, готовые растянуться в улыбке, гладко выбритый подбородок, высокий лоб, светлые волосы, падавшие на лицо из плохо заколотой «загогулинки».

— Божечки, как же я тебя ненавижу, – вздохнула я и стряхнула его руку с плеча.

— Знаю, – легко согласился он. – Тебе не кажется, что ненависть – хорошее чувство?

— Не кажется.

— Оно сильнее безразличия, Эден, – усмехнулся он и с бодрым видом попытался самоустраниться от выполнения родительских обязанностей.

— Куда?! – рявкнула я.

В середине занятия холл пустовал. Возглас разлетелся по гулкому помещению истеричным эхом, отразился от стен и потолочного купола, украшенного старинными фресками.