Книга Квест Академия. Том 1 и 2, страница 109 – Марина Ефиминюк

— Замечательно. С основами ты знаком. – Я протянула ему совок и стаканчик. – Переходим к практике.

— Ты хочешь, чтобы я тебя погонял по оранжерее? – изогнул он брови, выражая удивление и не делая попыток забрать инвентарь.

Я прикрыла глаза, досчитала до пяти и с елейной интонацией начала объяснять:

— Вот это совок, а это рассадник. Вот этим ты берешь землю, вот сюда засыпаешь. Пихаешь будущую маграцию, которая мандрагора, в землю…

— Ты мне должна два сорима, – перебил он, намекая, что должок не грех и отработать.

— Ничего я тебе не должна! – возмутилась я.

— Эден, я правда вообще не смыслю в посадке растений, – попытался он увильнуть от необходимости ковыряться в ведре с землей.

— Совершенствуйся, Форстад! Лучшие повара, наездники и садовники – мужчины. Это почти постулат мироустройства.

— Давай на камень-ножницы-бумага? – предложил он. – Зачем ругаться, пусть все решит случай…

Злая, как тысяча рейнсверских крикунов на гнездовании, под чутким руководством аристократической белоручки совком я расковыривала в ведре рыжую, затвердевшую, как при засухе, землю и наполняла глиняными комочками стаканчик.

— Аккуратнее, Эден. Ты же не могилу роешь, а копаешь образец ценной почвы из другого мира, – контролировал он процесс, сунув руки – чистые руки, прошу заметить! – в карманы.

Клянусь, я была готова вырыть могилу любому белобрысому придурку, который рискнет и дальше умничать, а потом закопать его в любой почве, необязательно ценной.

— Ты смухлевал!

— Как можно смухлевать в камень-ножницы-бумага? – уточнил он.

— Не знаю, но ты точно смухлевал.

Семечко я сажала без особого пиетета, просто пихнула в землю и плеснула водички. Из-под стаканчика немедленно потекло. Со сдавленными ругательствами мы отпрянули от стола.

— Ты его утопила! – обвинительно заявил Илай.

— Так сам бы и поливал, – буркнула я. – У меня, может, душевная травма из-за полива растений!

— У тебя есть душа?!

— Зато кактуса больше нет! Сдох от обезвоживания! – честно призналась я. – Понимаешь? Кактусы выживают в любых условиях, даже в Рейнсверских пустошах. Растут, цветут и колются. А мой отчалил на тот свет.

— Сочувствую, – проговорил он, с видимым трудом сдерживая смех. – Теперь я понимаю, почему ты постоянно раздраженная. Думал, что у тебя дурной характер, а ты просто лишилась ведьмовского фамильяра.

— Мажор… – тихо произнесла я.

— Что, Ведьма?

— Не надо мне сочувствовать, просто забери цветок к себе. Дай растению шанс на выживание, а нам – возможность сдать отчет.

— Ты его сажала, ты его мать, тебе с ним и нянчиться по ночам, – быстро проговорил он и, подхватив вещички, направился к выходу из ботанической лаборатории.

— Форстад, стой! – рявкнула я, заставив половину группы выстрелить недовольными взглядами. – Простите…

К счастью, магистр был чуточку туговат на уши, поэтому продолжал с вдохновленным видом протирать острые длинные листья растения, названия которому, похоже, знал он один. Подхватив учебники, с непреодолимым желанием втюхать цветок я бросилась следом за ускользающим напарником.

Вспомнила, что сам цветок-то забыла, и вернулась.

Капающий, как тающая сосулька, стаканчик пришлось нести на вытянутой руке, но все равно снова испачкала учебную мантию. Честное слово, с недавних пор мне было точно известно, почему форму в академии выдавали траурного черного цвета: просто светлая одежда не вынесла бы пытки адептами!