Книга Цветочное недоразумение, страница 14 – Марина Ефиминюк

Наутро пришло крайне печальное письмо от Джози. В доме мужниной тетки случился пожар! Оказалось, что кормить драконов тем, что боги, повар в особняке и вазончик с печеньями послали, запрещено. Без специального корма крылатые питомцы плюются пламенем. И живое доказательство того, что мой «жених Патрик» действительно держит питомник драконов, к ночи начало икать дымом, а потом изрыгнуло из пасти настоящую струю пламени. Портьеры напрочь уничтожены и кое-что еще по мелочи. Конечно, если мелочью можно назвать одну стену в гостиной.

Тетушка Уинслет пьет валерьяновые капли, разбавленные в ликере «Мандраж». Дракон от шока впал в сон и не подает признаков подвижности (возможно, тетушка и его напоила волшебным ликером). Берри в подпаленном пиджаке отправился в контору стряпчего, а Джози лежит в постели с кошмарной мигренью и не способна делать покупки.

Новости пришли во время завтрака, когда я прихлебывала чай, недобро косилась на свежий букет бархатцев посреди обеденного стола и ломала голову, как избежать фарфорового сервиза и «что там еще покупают на приданое». В общем, не было бы счастья, да несчастье помогло. Прости, Джози, но никто не заставлял с собой тащить дракона!

— Все хорошо? – небрежно уточнил Ричард.

— Все плохо! – Я убрала из голоса неуместную радость и добавила уместного трагизма. – У Джози случились неприятности, и она никак не может со мной поехать в торговый дом. Лучше съезжу на цветочный рынок…

— Я поеду с тобой.

— Зачем? – насторожилась я.

— Помогу выбрать.

— Вы же ничего не смыслите во флористике.

— Если цветочки на чашках, то вполне смыслю, – пряча за темными ресницами ироничный взгляд, пояснил он.

— Ричард, обождем с посудой! – стараясь выглядеть убедительной, я даже придвинулась поближе, положила ладошку на его покоящуюся на столе руку и заглянула в глаза. – Осмотритесь вокруг.

— Полагаешь, пора делать ремонт? – уточнил он, не пытаясь освободиться.

— У вас бархатцы на столе!

— Хорошие цветы.

— Просто доверьтесь мне! Езжайте в свой издательский дом и издавайте книжки! Я могу сама превратить этот особняк в цветник. Иначе куковать вам до старости в компании ужасных бархатцев. И не надо меня благодарить. Не отвлекайтесь от важных книжных дел.

Мы синхронно посмотрели на наши сомкнутые руки. Неожиданно пришло осознание, как сильно я перестаралась в актерском порыве. Даже прикоснулась к мужчине! К опекуну. Первой! Быстро отцепилась. И вцепилась в чашку.

— Сегодня выходной, – через паузу вымолвил Ричард.

— Да неужели?

— И я готов посвятить его тебе, – улыбнулся он.

— Благодарю, – мрачно отозвалась я.

— Тогда собирайся, – предложил он.

Фарфоровый сервиз и прочее приданое надвигались на меня, как снежный оползень на хрупкий росток, неосмотрительно проклюнувшийся на горном склоне.

— Уже собрана, – вздохнула в ответ.

Ричард бросил на меня странный взгляд и промолчал, но чуть позже, проехав по каменным солнечным улицам города, наша карета остановилась возле ателье готового платья с нарядно одетым манекеном в витрине.

— Пойдем, – скомандовал опекун. – Думаю, у госпожи Тельмы ты найдешь все… что нужно юной девушке.

Хотела воспротивиться, дескать, мне ничего не нужно, и без того предстоит купить свадебное платье и бесполезный сервиз (вот далась ему эта посуда!), но переодеваться было решительно не во что. Собираясь в столицу, я не подозревала, что застряну в особняке Ховардов на долгое время и взяла с собой катастрофично мало вещей: смену белья и пару чистых блузок. Уже три раза они возвращались ко мне из стирки, надоели хуже сорной травы.