Книга Моя милая ужасная невеста, страница 21 – Марина Ефиминюк

— Чего? – не поняла я.

— Тайный сундучок, – снова повторила мама.

Мы одновременно повернулись к туалетному столику, на котором стоял окованный серебряными орнаментами ларец.

— Мне страшно спрашивать, что там, – тихо протянула я. – Косметические притирки от морщин?

— Средства от неожиданных неприятностей.

Я недоуменно посмотрела на маму. Она ответила выразительным взглядом и изогнутыми бровями. Странная пауза затянулась.

— Дочь, ты же в курсе, что детей приносят не аисты?

Первое, что пришло в голову после этой нелепой фразы, – мысль о Закари Торстене, засевшем в гардеробной комнате. Мог ли этот вечер стать еще хуже? Оказалось, что мог и стал!

Без предупреждений, предисловий и вступительных речей дорогая матушка принялась туманно объяснять совершеннолетней дочери, откуда берутся дети. Помогите мне, святые духи, потому как святые демоны сейчас не в состоянии. Они задыхаются от хохота!

— Марта, – торжественно приступила она к образовательному процессу, – все знают, что дети – цветы жизни.

— Мама, не надо… – умоляюще пробормотала я.

— Надо, милая. Очень надо! Вопрос неимоверно серьезен! – Она ободряюще потрепала меня по руке. – Помни, что твоя мать испытывает такую же неловкость, как и ты.

— Я знаю, откуда берутся дети!

— На практике? – встрепенулась она.

Какой страшный вопрос! Скажешь, что в теории – начнет просвещать. Признаешься в практических навыках – впадет в материнский экстаз и прочтет задушевную лекцию о девичьих чести и гордости. Что говорить-то?! Но мыслей не было.

— Ну… – сказала я.

— Что?

— У нас с Закари иного рода отношения! – выпалила на одном дыхании. – Они… возвышенные!

Святые духи и демоны, можно просто лечь на пол и помереть от позора?

— Очень хорошо! – кивнула мама. – Но у Закари репутация энергичного садовника. Если вы все-таки надумаете перекопать, так сказать, цветочную клумбу… то тебе следует знать, что сделать, чтобы на этой клумбе ничего не проросло. Понимаешь?

— А?

— Вижу, что не понимаешь, – вздохнула мама и, поморщившись, помахала рукой: – Просто принеси сундучок.

— А может, все-таки не надо? – тихо и жалобно спросила я.

В голове звучал издевательский хохот того самого «садовника» из гардеробной, об истинной энергичности которого мама понятия не имела.

— Буду прямолинейной! – рявкнула она, потеряв терпение. – Я не готова стать бабушкой! Принеси ларец.

Выразительный взгляд родительницы заставил меня подняться с дивана и притащить нарядный ларь. Внутри что-то подозрительно звякало. С важным видом мама пристроила его на колени и подняла крышку. Стенки тайного хранилища светились, намекая, что оно охраняется магическим заклятием.

— Запоминай! – приказала мама и продемонстрировала круглую бутылочку с картонной карточкой, привязанной к узкому горлышку. – От детей.

— Что мне с ним делать? – не выдержала я.

— Строго следить за сроком годности! – отрезала она. – Принимать перед… вспашкой клумбы.

— Перед чем?

— Перед всем!

— Ох уж эти садовые метафоры, – проворчала я.

Мама недовольно покачала головой, дескать, будь серьезнее, дочь, и показала новую склянку:

— Успокоительное.

— Если я распсихуюсь от странных разговоров о клумбах и садовниках?

— Если мужчина не пожелает держать себя в руках! – объявила мама. – Десять капель на стакан воды, и он расхочет превращать твоего отца в деда.