Книга Моя милая ужасная невеста, страница 146 – Марина Ефиминюк

— Как мы их будем искать? – Майкл с подозрением смотрел вслед удаляющимся некромантам, словно пытался по затылкам опознать обидчиков.

— А чего их искать? – удивилась я. – Сейчас завтрак. Все сидят в столовой. Или считаешь, что некроманты не едят?

— У них есть столовая? – с детской непосредственностью спросил Бранч.

— Нет, готовят еду на погребальном костре!

Обеденный зал я нашла без проблем – на первом курсе помогала местным с бытовыми чарами, и в ответ они пригласили меня на ужин. В столовую башни. Такая специфическая благодарность по-некромантски. Потом еще устроили экскурсию в мертвецкую, где в опечатанных магией клетках держали умертвий.

Мы встали в открытых дверях и осмотрелись. Пахло овсяной кашей и кофе. Мрачные лысые парни разной степени татуированности так же мрачно завтракали: гремела посуда, звенели столовые приборы.

— Эй, маги, потерялись? – громко спросил один из некромантов за ближайшим столом.

Бранч выпятил грудь. Стоун попятился.

— Поесть пришли. В нашей столовой каша закончилась, – соврала я и толкнула Стоуна локтем: – Майкл, кто из них метит тебе в хозяева?

— Да они все на одно лицо! – прошипел он, потирая ушибленное место, но вдруг охнул: – Вон тот с татуировкой!

В этом обеденном зале татуировок не было только у нас. В смысле, у меня – точно, как у приятелей – не знаю.

— Какой из них? – Я изогнула брови.

— С живым рисунком на голове!

За угловым столом закладывался завтраком знакомый квартет копателей-вандалов. Я вспомнила их имена по портретным карточкам, висевшим рядом с моей на доске позора. Очкарика звали Сомерсет, типа с живой татуировкой на макушке – Лайонел, а двух оставшихся… Нет, эту парочку не запомнила.

Внезапно мы встретились с Лайонелом глазами. Он нахально ухмыльнулся, видимо, догадавшись, что наша компания возникла в дверях не ради экскурсии по заповедным местам.

— Бранч, Стоун, позавтракаем? – спросила я и двинулась к стойке раздачи.

— Здесь? – не поняли те.

— А какая разница? – обернулась я к ошарашенным приятелям. – Некроманты по утрам тоже пьют кофе.

Не то слово пьют – поглощают! Просто упиваются им по утрам, если брать во внимание, что у замковых духов осталась только забеленная бурда, которую кофе называет только Закари Торстен. Пришлось взять несладкого чая. Бормотуха оказалась такой нечеловеческой крепости, что поверхность моментально покрылась плотной темной пленкой. В общем, провидение всеми силами подталкивало меня творить добро под истинно чародейское настроение.

— Варлок, а ты что здесь делаешь? – встрепенулся очкарик, когда мы остановились возле их стола.

— Позавтракать хотим. И поговорить.

— Привел парламентеров, должник? – издевательски протянул задира Лайонел, заставив Стоуна содрогнуться. – Смотрю, ты живой и здоровый.

— Твоими молитвами, – вставила я.

— Я не молюсь.

— А надо бы… – пробормотала я и с непроницаемым видом подвинула его поднос своим. Вообще-то, у меня стояли только кружка с чаем и горшок неопознанной еды. Просто взяла первый попавшийся, не проверив, что кухонные духи на завтрак послали.

Мы расселись. Некоторое время над столом висело странное молчание. Бранч настырно размешивал в плошке горячее. Майкл прятал дрожащие руки под столом, не пытаясь притронуться к еде. Я приоткрыла крышку на горшочке, обнаружила густую манку и мысленно выругалась. Хорошо же утро начиналось!