Книга Моя милая ужасная невеста, страница 142 – Марина Ефиминюк

— Даже на ужин не осталась? Вам там как раз должны были привезти на двоих.

— Ужин на двоих дожидается тебя в холодильном коробе. И его не надо вскрывать ритуальным ножом.

— Эльза учится в Деймране?

— Нет. – Он бросил на меня веселый, понимающий взгляд.

— А живет в столице?

— Марта, этой девушки больше нет, – мягко произнес Торстен. – Конец истории.

— Ах, то есть ты сам ее успел прикопать и мне не надо напрягаться? – с невинным видом протянула я.

Выходные пронеслись с немыслимой скоростью. В понедельник, больше не доверяя потерянной способности Торстена вставать в шесть утра, я проснулась под пробуждающий шар и, пока Закари с успехом доказывал, что жаворонок только на словах, улизнула в мужскую купальню.

Шестикурсники начинали заниматься позже остальных. Складывалось впечатление, что этаж был нежилым. Зато в купальне обнаружились две заспанные девчонки, и мы мило поздоровались, словно ранним утречком встретились в женской раздевалке. Подумаешь! Ничего особенного.

Из мужчин между нами метался только замковый дух, взбудораженный дерзким вторжением дам на чужую территорию. Впрочем, он быстро спрятался под раковину и притих, стоило в сердцах пообещать засунуть его в бутылку вместо шампуня. Или вместе с шампунем.

Лежа в кровати, из-под полуопущенных ресниц Закари наблюдал, как я надевала академическую форму. Вид у него был соблазнительный, и Зак прекрасно об этом знал: голова покоилась на согнутом локте, одеяло сползло до пояса, открывая спину и поясницу.

— До вечера, – улыбнулась я.

— Удачи на занятиях, – протянул он.

Следовало немедленно уйти, пока я никуда не опаздывала и даже успевала без спешки позавтракать с Эмбер, но ноги сами понесли к кровати (между прочим, в два раза шире тех, что стояли в женском общежитии). Матрац прогнулся под моим коленом. Я потянулась и поцеловала Зака в колючую щеку.

— И тебе удачи.

Мгновением позже мир совершил головокружительный поворот, и я оказалась прижатой к этому самому матрацу спиной. Торстен навис сверху.

— Может, к демонам лекции?

— У меня сегодня темные искусства! – взмолилась я, понимая, что соблазн остаться велик как никогда. – Мне еще за прошлый пропуск перед деканом каяться.

— Ладно, – вздохнул он. – Но ты будешь жалеть.

— Знаю, – простонала я, кое-как выбираясь из плена смятых простыней.

На нижних этажах жизнь тоже еще не пробудилась. В женском общежитии в это время обычно происходило энергичное движение, и девушки сновали туда-сюда. В купальнях и вовсе не протолкнешься.

Заплетая на ходу растрепанную косу, в гордом одиночестве я спускалась по лестнице в холл, как в спину вдруг выкрикнули:

— Осторожно!

Я резко развернулась. Прямиком на меня, как потерявшая управление вагонетка, летел массивный дорожный сундук. Под действием выброшенного заклятия он замер в воздухе буквально на расстоянии вытянутый руки, еще чуть-чуть – и точно столкнул бы с лестницы.

— Эй! – рявкнула я, задирая голову.

Сверху вниз, перегнувшись через перила, на меня смотрел Адам Бранч. Вид у здоровяка был такой, словно он спрятал в сундуке труп и боялся, что его обнаружат.

— Бранч, по утрам обе руки левые? – возмутилась я.

— Извини, Варлок! – без особого сожаления извинился он.

Я отодвинулась к стене и щелкнула пальцами. Сундук сорвался на ступени, с непристойным грохотом прокатился по лестничному маршу и, соскочив, встал боком. Крышка со стуком раскрылась, и на пол вывалились одежда, книги и куча деревянных ящичков с мелочами. Один рассыпался от удара. В разные стороны покатились самописные перья, грифельные карандаши и ластики. В общем, не труп, а я почти надеялась.