Книга День правды и лжи, страница 73 – Мари Вудс

Ложек из легендарного Города Света у Торио не было. А я достала. И теперь ложка лежала у меня в сумочке — подарок, который я не знала, как подарить.

— Я хочу её увидеть.

Вытащив ложку, протягиваю её Сайласу. Я считаю её красивой — металл сохранил оттенок заходящего солнца — Беллиорцы добавляли в золото медь. На эмали не было трещинок, но самое главное, на круглой лопасти был оттиск Беллиоры — светила в зените.

— Почему не подарила? Он мечтал о таком подарке.

Я сморщилась под его испытывающим взглядом.

— Я не могу её подарить просто так. Такие вещи просто так не дарят. Нужна история.

Сайлас согласно кивает.

— А я не умею рассказывать истории. — Произношу это тем тоном, каким, наверное, сообщают о неизлечимой болезни.

Сайлас кивает снова, как будто понимает меня. А потом, со словами «мы потанцевали достаточно», выводит из зала. Мы идём к Торио — моя рука крепко зажата в его ладони. Можно не сомневаться — он привык доминировать. Всегда и во всём.

Через залитое толпой пространство мы проходим насквозь. На это уходит не больше десятка секунд. Перед ним расступаются даже Ифриты — под его внешним спокойствием чувствуется собранность хищника, постоянно готового к смертельному броску.

Торио выразительно поднимает брови, когда мы приземляемся рядом с ним на диван. Я оказываюсь между ним и Сайласом. Сайлас говорит тихо и быстро, но я его отчётливо слышу. Рассказывает про какой-то город, в котором я никогда не была. Из города история ведёт нас через лес в Страну, О Которой Я Мечтала в Детстве — Страну Фантазий.

Он рассказывает так, что нам с Торио остаётся только следовать за нитью истории, как крысам за Гамельнским крысоловом, загипнотизированным мелодией флейты. Когда в рассказе появляется ложка из Беллиоры — тёмные глаза Торио из тлеющих углей превращаются в горящие и впиваются взглядом в Сайласа.

— Ты знаешь, где эта ложка? — Она у Кайлы.

Теперь мой выход. Я достаю ложку. Его мечта лежит у меня на ладони. Честно сказать, я надеялась увидеть в его взгляде именно это выражение. Сейчас Торио безгранично счастлив. Такое сильное счастье заразно, оно распространяется от сердца человека к окружающим. Начинает биться у меня внутри. Маленький комочек. Мне хочется откинуть голову и рассмеяться, как я делала когда-то. Мы переглядываемся с Сайласом, как заговорщики.

Что-то тоскливо сжимается внутри. Так было и раньше — с Побратимом.

Отвыкать от того, что я не одна — это худшее, что может случиться со мной. Я не могу поверить кому-то ещё раз.

И не хочу.

Встаю и ухожу быстрее, чем заканчивается эмоция. Быстрее, чем проходит радость. Мне дорогу не уступают — я прохожу среди танцующих, практически невидимая.

Тень.

Так ходить научил меня мой Побратим. Когда-то. Когда я была не одна.

В доме есть комнаты, где ты получишь то, что тебе нужно сейчас. Мне спокойно, пусто, почти мёртво, когда я открываю дверь, вхожу и прислоняюсь к ней спиной. Радости больше не чувствую. Там, в зале, была другая Кайла. Кайла времён «до». Та Кайла умела смеяться. Доверять. Та Кайла чувствовала.

Комната передо мной просторная и белая. Без единого звука.

Ты хотела подумать, Кайла? Думай!

Больше не хочу.

Всё, что случилось со мной раньше и то, что должно было случиться, приобрело невероятную чёткость линий. Ещё одно задание? Сложнее того, что было пред ним? А что, собственно, нового произошло?