Книга Что случилось на балу?, страница 11 – Сабрина Джеффрис

Натаниэль. Красивое имя.

— Вряд ли. Не припоминаю. Но ты, же его знаешь: он пытается соблазнить каждую привлекательную женщину на своем пути.

Верити приподняла брови.

— Так вот чем он был занят, когда вы остались наедине на музыкальном вечере?

— Не говори чепухи. Для этого у него было слишком мало времени, — отмахнулась Элиза. «И очень жаль». Решив сменить тему пересказом еще более неправдоподобного слуха, она спросила: — А мне стоит воспринимать серьезно слова Джеффри о том, что лорд Фокстед строил глазки тебе, Диане и даже Рози в прошлом году на протяжении всего сезона?

— Строил глазки! — Верити рассмеялась. — Только из-за того, что он танцевал с нами? Это просто нелепо. Ради всего святого, задумайся о том, кто источник этих сплетен. Джеффри не желал, чтобы мужчины заглядывались на его будущую жену или флиртовали с его сестрой, поэтому и постарался выставить лорда Фокстеда каким-то злодеем-распутником.

— Когда я с ним познакомилась, еще до замужества, он как раз таким и был. И после моей свадьбы с Сэмьюэлом ходили истории о его похождениях. А ты уверена, что он не пытался флиртовать с тобой? И что тебя он совсем не интересует?

И почему ей было так важно выяснить всю правду? Какое ей было дело до того, не заигрывала ли Верити с лордом Фокстедом?

— Какой абсурд. Впрочем, я готова признать, что он неотразим. Даже привлекательнее твоего покойного мужа.

Последний был, пожалуй, самым красивым мужчиной из тех, кого встречала Элиза… пока он не представил ее своему другу.

Она подавила в себе желание увлечься другим. Черные как смоль волосы, выразительные черты лица и беззаботная улыбка лорда Фокстеда оставляли всех его возможных конкурентов далеко позади. Даже свежий шрам на его щеке, который он получил, по всей видимости, за два года военной службы, лишь придавал его облику мужественности.

— Но между нами совершенно отсутствует эмоциональная связь, — продолжала Верити. — Когда мы с ним танцевали в прошлом году на последнем вечере в клубе «Олмак» — перед тем, как умерла его мать и ему пришлось уехать из Лондона, — он без умолку твердил только о тебе.

— Обо мне? — Элиза даже не ощутила, как сильно заколотилось сердце в ее груди. — С чего бы?

— Он хотел узнать, как ты переживаешь смерть Сэмьюэла.

— Ах, вот оно что. Как это любезно с его стороны. — Она вмиг расстроилась.

Элиза не могла не признать, что лорд Фокстед был способен проявлять заботу, когда это было с его точки зрения оправдано. После того как он вернулся в Англию, чтобы получить по наследству титул и сообщить ей о смерти Сэмьюэла, он объяснил ей свой жест доброй воли тем, что не желал, чтобы она узнала о смерти мужа из газет. Каким-то непостижимым образом новоиспеченному графу удалось передать ей трагическую весть в более сострадательной манере, чем она могла от него ожидать.

— И что ты ему сказала? — Элиза вновь принялась помешивать овсянку. — По поводу того, как я справлялась со смертью Сэмьюэла.

— Что тебе удавалось держать лицо, несмотря на новость. — Верити внимательно посмотрела на сестру. — Тебе всегда удается держать лицо. В отличие от меня, неспособной сдерживать противоречивые эмоции ни на минуту.

Элиза подавила усмешку.

— У тебя действительно довольно переменчивая натура.

— Которую я, к несчастью, унаследовала от маменьки, — вздохнула Верити. — По этой причине мне не суждено выйти замуж. Мужчины плохо переносят непостоянство эмоций у женщин.