Книга Против течения, страница 72 – Наталия Романова

Очень живописно.

Филипп, недолго думая, разделся, сложил одежду, ринулся в воду, показывая жестом, чтобы я следовала за ним.

Вода – теплынь, как парное молоко, чистая, не взбаламученная, в отличие от нашей стоянки.

Я замешкалась, опасливо оглянулась, стянула с себя велосипедки, футболку, осталась в одном купальнике, не провокационном, но всё же… неловко вдруг стало, хотя раньше я комплексами по поводу фигуры не страдала.

Рост невелик, бёдра имелись, грудь небольшая, но всё же выделялась, особенно на фоне плоского живота и тонкой талии. Ноги толстоваты, как мне казалось, не модельной длины, так я на роль модели никогда и не претендовала.

Не стеснялась я раньше себя, только раньше за мной настолько активно ничто не ухаживал, не намекал на продолжение.

Понятно, какое продолжение.

Не просто так Филипп круги вокруг наматывал. О равенстве и братстве песни напевал, о вселенском добре, которое обязано победить зло, поставить на колени и убить, да…

Я была не против продолжения, может быть даже за, только неловко как-то, стеснительно.

Это выходит, Филипп меня сейчас будет оценивать, как мужчина женщину.

Уф-ф-ф… Ой-ой-ой…

В это время вода громко плеснулась, пошла заметная рябь, показалась бородатая голова, неожиданно вынырнув, и двинулась прямо на меня.

Уф-ф-ф… Ой-ой-ой…

Захар вышел из воды, явив подтянутое, абсолютно мужское тело, определённо сильное, ловкое и… настолько откровенно сексуальное, что мгновенно стало жарко.

Пятернёй он стряхнул воду с головы, провёл по бороде, поправил плавки-шорты обескураживающим мужским движением. Окинул меня цепким взглядом, на самом деле мужским и оценивающим, от которого мурашки пробежались по всему телу.

Кстати, о теле.

Тело Захара было не только атлетичным, но и хаотично татуированным, как у какого-нибудь красавчика фитнес-модели.

Татуированным?

Я уставилась на то, что видела, не веря тому, что видела. Старообрядчество разрешает татуировки? Разве это не дьявольская печать или что-то такое, бесовское, запретное?..

— Не делайте нарезов на теле вашем и не накалывайте на себе письмена. Левит, девятнадцать-двадцать восемь, – проговорил Захар, подойдя ко мне почти вплотную.

Настолько, что я одновременно почувствовала прохладу от влажного мужского тела и жар, исходящий от него же. Оказалось, такое возможно.

— Я не сразу пришёл к вере, Виталия, – сказал Захар. – Грехи молодости.

Скользнул взглядом по моему лицу, что-то отыскивая там.

Возможно, душу, упавшую в пятки от волны откровенной… чувственности, которая давила на меня сплошной стеной со стороны мужского обнажённого тела.

Не просто тела, конкретно Захара.

Уф-ф-ф… Ой-ой-ой…

— Не долго, ужин через десять минут, после большой сбор, – заявил Захар, обогнул меня и двинулся в сторону большого дерева, рядом с которым лежали его вещи.

Я же смотрела вслед высокой, поджарой фигуре, расписанной татуировками, и моргала, не в силах поверить в то, что вижу.

— Эй! – выдернул меня из забытья голос Филиппа. – Идём!

И я пошла. Вода действительно оказалась тёплой, а волосы у Филиппа мягкими.

Глава 18

Ужинали все вместе за огромным столом, и, клянусь, никогда в жизни я не пробовала еды вкуснее. Виной тому свежий воздух, приятная усталость, компания или выдающиеся кулинарные способности поваров, неизвестно. Или вся пища, приготовленная на огне, такая вкусная, я не знала.