Книга Против течения, страница 20 – Наталия Романова

Я ничего такого не планировала. Дом бабушки воспринимать своим постоянным жильём по-прежнему не получалось. Избавиться от чувства, что я здесь на птичьих правах, не выходило.

Ну какой ремонт, какая мебель?..

По ощущениям, я даже не в гости возвращалась ежедневно, а на минное поле: вдруг родственники приедут, одни или другие… кто бы мог подумать, что мне – сироте, настолько не понравится иметь родню, а ведь я всю жизнь мечтала, чтобы у меня была семья, один раз даже мечта почти сбылась.

В целом же, если абстрагироваться от внутренних противоречий, необъяснимой тревоги и глухого раздражения, я неплохо устроилась для выпускницы детского дома, оставшейся в одночасье без жилья и нормальных перспектив в обозримом будущем.

У меня была работа, крыша над головой, любовь учеников и благосклонность начальства.

Отлично!

Рассуждая про себя, я заглянула в интернет, чтобы посмотреть билеты в город, откуда приехала в Кандалы. Пришло время перевезти оставшиеся вещи, заодно встречусь с друзьями-приятелями, может выберемся на отдых, раз уж я теперь трудоустроена и появились средства.

Не на курорт, конечно, но может на… на… куда-нибудь, в общем!

Здравствуй, взрослая, самостоятельная жизнь!

Не так я её представляла, но, кажется, она не так плоха, как я считала неделю-две назад.

— Виталия Генриховна, зайдите ко мне на минуту! – услышала я голос завуча над головой.

Обернулась на открытые окна учительской, мимо которых шла.

— У вас будет два месяца на то, чтобы познакомиться с семьями учеников, провести обследование жилищно-бытовых условий, – заявила Маргарита Павловна.

— В смысле – обследование жилищно-бытовых условий? – искренне опешила я.

— В смысле – есть ли отдельное спальное место у ребёнка, рабочее место, своя комната. В каких условиях проживает учащийся, нуждается ли семья в поддержке, финансовой или психологической, не является ли семья асоциальной. Может, нужно сообщить куда следует.

— Разве вы не знаете? – заёрзала я на стуле. – Это же… деревня… здесь все всё знают, – пробормотала неуверенно.

— Две с половиной тысячи человек – не деревня, – с откровенной гордостью ответила завуч. – Каждого не упомнишь, плюс приезжих много. Как на дрожжах растёт село, сколько семей переехало… Объяснимо, к корням тянутся. Дома, видели, какие строят вдоль берега? Домищи! Говорят, целый коттеджный посёлок обустраивать собираются, со своим детским садом, автобусной остановкой… – увлеклась Маргарита Павловна планами на будущее Кандалов. – В общем, ваша задача за два месяца каникул обойти своих детей и составить отчёты по каждой семье.

— Мне кажется – это незаконно, – покрылась я мурашками.

— Указание пришло сверху, значит, законно, – завуч посмотрела на меня, как дурочку. – Не сама же я это выдумала, правильно?! Да вы чего испугались-то? У вас детей в классе девятнадцать человек, среди них одна двойня и двое погодок, считай всего семнадцать семей. Начните с проблемных: многодетные, приёмные, родители-одиночки – они известны.

Я неопределённо пожала плечами. Информация у меня была, но всерьёз я об этом не задумывалась, слишком много всего произошло, слишком стремительно.

Внешне же все детки выглядели благополучными.

— Вот, смотрите, я всех отметила. Надеждены, Силантьевы, Изюмины, Гончаровы – многодетные. Гучковы многодетные, и мальчишка у них приёмный, не в вашем классе, но проверить нужно. Смирнова мать-одиночка, Ясенева, Абакумов тоже одиночка, к слову.