Книга Что-то на французском, страница 59 – Татьяна Грачева

К этой теме больше не возвращались, закончили наряжать ёлку под французские песни. Подпевали одновременно, безбожно перевирали слова и смеялись над самыми нелепыми вариантами.

В «Фиалке» тоже нарядили искусственную белую сосну. Оксанка повязала на колючие лапы фиолетовые банты, Дарья Ивановна варварски набросала дождик, Савва принёс из дома списанные женой игрушки. Данил навесил на ёлку гроздья акриловых сосулек. В этом году они вошли в моду, так же как и крупные бусы. Нити с шарами натянули на окнах и обмотали гирляндой-росой. Эльза обзавелась праздничным ободком с пушистыми заячьими ушами, каменные веки заблестели золотым глиттером.

Вчерашний мокрый снег растаял, но в воздухе ощущалась колючая студёность. Зима кралась по пятам, таилась в промозглых переулках, будто примерялась, когда и где лучше напасть на занеженных солнцем южан и внезапно воткнуть в ребро сосульку.

В ожидании следующей записи Данил пил чай и с растущим беспокойством поглядывал в сторону Оксанки, точнее её клиентки. Женщина молчала, но по взгляду, поджатым губам и суетливой нервозности Данил считал назревающую проблему. Это как облако на Маркотхском хребту: боры ещё нет, но местные точно знают, что она будет. Дарья Ивановна тоже нервозно поглядывала на соседнее кресло. Достригла мальчишку, вручила его отцу и села рядом с Данилом чаевничать. Они переглянулись и снова уставились на клиентку-тикающую бомбу. За годы работы научились определять скандалисток на глаз.

К сожалению, они не ошиблись. Едва Оксанка сняла с женщины пеньюар, та решительно заявила:

— Я не буду платить.

Оксанка опешила, растерянно застыла с расчёской на весу.

— В смысле не будете?

Женщина встала, окинула недовольным взглядом своё отражение, брезгливо коснулась пряди у виска.

— Нужно было сразу уйти, как только я увидела среди вашей шайки этого. — Она скосила взгляд на Данила, на случай, если он вдруг не понял, указала на него пальцем.

Женщина сделала шаг по направлению к двери, но Оксанка преградила ей дорогу.

— Заплатите за стрижку и укладку.

— Я сказала, за это я платить не буду! Испоганили мне всю голову. Теперь придётся идти к другому парикмахеру.

Она попыталась обойти Оксанку, но та снова перекрыла путь. Услышав шум, из-за двери выглянул Савва.

— Что у вас тут за крики?

— Меня изуродовали, и хотят за это денег. Да я на вас в суд подам! — Она решительно толкнула кресло, пытаясь обойти преграду и добраться до выхода.

Несколько секунд Оксанка растерянно хлопала глазами, потом ринулась к столику.

— Тогда … тогда я заберу свою работу.

Данил не успел отреагировать. Оксанка схватила графин с фильтрованной водой для чайника и вылила на голову скандальной клиентке. Через секунду до неё дошло, что она натворила, и она густо покраснев, отступила, пряча графин за спину.

— Ах ты тварь! — Женщина кинулась на Оксанку, целясь в волосы, но схватить не успела.

Данил перехватил её руки. Та брыкалась, но позволила дотащить до вешалки. Данил освободил одну руку и снял куртку скандалистки с крючка.

— Савва, дай полотенце.

Савва вытащил из шкафа чистое полотенце и подал его осторожно, будто предложил бешеной собаке кусок колбасы с замаскированным под шпик снотворным. Женщина выхватила полотенце и принялась раздражённо вытирать волосы. От причёски не осталось и следа, тушь потекла, одежда на плечах и груди промокла насквозь.