Книга Предатель. Ты меня не сломаешь, страница 11 – Юлия Обручева

Мама переводит дыхание, скорбно смотрит мне в глаза:

— Я прошу ради Лили.

У меня отвисает челюсть. Воздух со свистом покидает легкие.

— Ради Лили? — переспрашиваю я, чувствуя, как внутри закипает истерический смех. — Ты просишь меня остаться ради той, которая только что растоптала мою жизнь?

— Она безответственная, Мариш! Ты же знаешь ее! — мама начинает тараторить, сжимая мои холодные пальцы в своих горячих ладонях. — Ей всего тридцать. Ветер в голове. Ей нельзя забывать принимать таблетки. Раньше я контролировала, чтобы она не пропускала прием.

Мама делает паузу, чтобы перевести дух, и наносит решающий удар:

— У нее сейчас иммунитет на нуле. Сережа за этим следить не будет, он мужик, ему не до этого. А ты во всем этом разбираешься. Кто, если не ты, проследит за ней?

Я смотрю на маму и не верю своим ушам.

Мир окончательно сошел с ума. Она предлагает мне стать сиделкой для любовницы моего мужа.

Она предлагает мне беречь здоровье сестры, чтобы та могла спокойно вынашивать ребенка от моего мужчины.

— Ты хочешь, чтобы я следила, как она пьет таблетки, чтобы моя почка в ней работала исправно и давала ей силы спать с моим мужем? — чеканю я каждое слово.

Мама морщится, словно я сказала непристойность.

— Я хочу, чтобы твоя жертва не была напрасной, Марина! — восклицает она со слезами на глазах. — Если почка откажет, Лилю снова ждет диализ, а потом она умрет. Ты этого хочешь? После всего, что ты для нее сделала?

Мама тяжело, с надрывом вздыхает.

— Ты отдала ей орган, так помоги ей его сохранить! Будь мудрее, будь старшей сестрой. Ну пожалуйста… Пока Лилька жила с нами, я ее контролировала. Но я не смогу ездить сюда по два раза в день, у отца давление...

Мама щурится пытаясь скрыть слезы, но они ручьем льются из глаз.

И я понимаю, что она до смерти боится за Лилю. За свою любимую, непутевую младшую дочь.

А за меня она тревожится? За мою душу, которую сейчас выворачивают наизнанку?

— Кто, если не ты... — всхлипывает мама.

Смотрю на полусобранный чемодан. На свои слабые руки с синими венами.

Я знаю этот взгляд матери. Она не выпустит меня отсюда. Она ляжет костьми, но заставит меня служить семье.

В груди печет так сильно, что кажется, сердце вот-вот остановится. Но я киваю. Медленно, обреченно, как приговоренный на эшафоте.

— Хорошо, — мой голос звучит глухо, словно из-под воды. — Я останусь и прослежу за ее лекарствами, как следила раньше. Когда она жила с вами.

Мама бросается мне на шею, обнимает, душит своей любовью.

— Спасибо, родная! Я знала, что у тебя золотое сердце. Ты святая, Мариночка, просто святая.

Я стою, опустив руки, и смотрю в стену. Я не святая, мама. Я просто тряпка, о которую вы все так удобно вытираете ноги.

Я останусь.

Я буду следить, чтобы Лиля жила. Но кто проследит за тем, чтобы я не умерла от боли?

Глава 8

Лиля

Телефон звонит резко. Сергей морщится, и тянется к тумбочке.

— Да… — отвечает он нехотя.

Я вижу, как он сначала слушает вполуха, почти равнодушно. Потом его брови медленно сходятся, плечи напрягаются, взгляд становится стеклянным. Понимаю, что он уже не со мной.

— Подожди… что значит сейчас?.. — его голос срывается на шепот. — Нет, я понял.

Повисает тишина.

Он завершает разговор, но пальцы все еще сжимают телефон. Я приподнимаюсь на локтях.