Книга Сбеги от меня, если сможешь, страница 75 – Кристина Майер

Через полчаса усилилась головная боль, стали ныть удары, оставленные на теле ногами нападавших. За несколько минут до окончания пары, я поспешила выйти из аудитории, потому что меня сильно тошнило. В уборную заходить было страшно, но я не могла допустить, чтобы меня вывернуло прямо здесь. В уборной благо никого не было.

Умывшись в очередной раз, я вышла из университета. Хотела вызвать такси, понимала, что в таком состоянии вряд ли дойду до дома, но у самых ворот наткнулась на Хакима. Он подпирал мягкой точкой капот и смотрел на меня. Казалось, что в его взгляде я вижу укор, но в следующую секунду он рванулся ко мне. Успел поймать до того, как я упаду на землю. Откуда понял раньше меня, что я теряю сознание…

Глава 42

Мелина

Проснулась поздно вечером, в платной палате городской больницы. После уколов, которые мне не жадничая назначил врач, я проспала несколько часов. Боли не чувствовала, лишь слабость и усталость. Хаким не стал меня слушать, когда я просила его отвезти меня домой. С сотрясением и ушибами я могла бы отлежаться и дома, у меня остались обезболивающие препараты, которые я принимала, когда разбила колени.

У кровати в неудобном кресле сидел Илай. О том, что оно неудобное, мне сообщил Хаким. Его крупная фигура с трудом втиснулась в размеры кресла, а потом он бурчал, что ужасно скрипит дубовый кожзаменитель.

Илай сидел тихо, будто боялся меня разбудить. Я узнала запах его парфюма ещё до того, как открыла глаза. Меня не трогало его присутствие. Никаких чувств. Ни злости, ни ревности, ни радости. Пустота. Такая же холодная, как он сам.

Сохраняя тишину между нами, я тихо дышала и даже немного сопела носом, чтобы он не понял, что я проснулась. Говорить нам было не о чем. Я вообще не могла понять, зачем он пришел. Что ему ещё от меня надо? Извиниться, что его окружение нанесло мне очередные травмы? Мне не нужны его извинения, как и он сам.

Сложив руки в замок и уперев локти в колени, он поддался корпусом вперед, склонившись над краем постели.

— Я знаю, что ты не спишь, - нарушает такую желанную тишину Ледовский.

Не вижу смысла отвечать. У меня есть более интересное занятие - рассматривать потолок, на котором узорами рассыпались блики ночных фонарей, проникающих через окно.

— Мелина… - что-то хочет сказать, но видимо, не находит слов, а мне его слова не нужны, как и он сам. - Мелина, я не могу тебе сейчас всего объяснить, - набирается мужества, которого ему не занимать, и продолжает разговор. - Блин, Ледышка, я же просил верить мне! Нельзя, чтобы нас видели вместе. Никто не должен знать!.. Ля, как же тяжело! - раздраженно растирая лицо ладонями, зарывается пальцами в волосы. Кажется, что тянет их на макушке, но это неточно, в темноте сложно разглядеть нюансы.

— Уходи, никто ничего не узнает, - произношу я и отворачиваюсь в другую сторону. Если останется, будет общаться с моей спиной.

— Ледышка, мои чувства к тебе могут привести к трагедии. Я вообще хотел бы, чтобы ты взяла академ и уехала из города, - заявляет он.

У меня на языке так и вертится, куда он может отправиться со своими хотелками. Пусть Силине предлагает свалить из города, а я остаюсь! То, что меня избили в туалете, ничего не изменит. Я буду осторожнее, не стану больше лезть на рожон.