Книга Жена по завещанию, страница 42 – Анна Гур

Ухмыляется. А я в этот момент готова ему по котелку настучать.

— Все покупается и продается, Юля, и сейчас, если ты посмотришь со стороны, то вся моя жизнь летит коту под хвост. Весь уклад, будущее, которое планировал.

Пока Юсупов говорит, я замечаю, как у него жилка на виске вздувается, пульсировать начинает и я затихаю.. ведь только этим утром он представил мне свою невесту.

Да, я от Кристины не в восторге, для меня это та еще охотница, но... откуда я знаю, какие между Игнатом и невестой отношения? Может, там действительно любовь?

А ведь, если бы ее не было, вряд ли бы он надел кольцо на палец этой женщине.

Прищуривается, опять считывает мои эмоции.

— Ну вот, кажется, проблески понимания отпечатываются на твоем лице. Меня связали по рукам и ногам и заставляют взять в жены непонятную девицу и при этом человек, который вогнал мне нож в спину — мой собственный дед!

На последнем слове Юсупов теряет все свое холоднокровие и ударяет с силой по рулю.

Причем так, что я вздрагиваю. Чуть сознание от страха не теряю, потому что пугает Юсупов до жути.

Один такой удар в мою сторону — костей бы не собрала, погибла бы…

Удары следуют один за другим, а я вжимаюсь в дверь и слезы начинают катиться по щекам…

— Игнат. пожалуйста... — шепотом, — ты пугаешь меня…

Еще один сильный удар и мужчина замирает, поворачивается в мою сторону и в его глазах ярость такая, что я прикрываю себя руками.

Моргает. Явно осознавая, что происходит. Выдыхает сквозь сжатые зубы:

— я не бью женщин, Юля.

И взглядом будто добавляет — даже тебя, хотя сильно прибить хочется.

— Я не хочу становиться твоей женой. Я... я не могу!

Слезы текут по щекам, когда говорю это распаленному мужчине, от которого тестостероном прет и агрессией. Юсупов сейчас похож на хищного зверя, которого цепями повязать пытаются, а он сопротивляется. Рычит. Бъется. И несмотря на то, что хищник скован от этого он не прекращает быть чрезвычайна опасным.

— Ты станешь, — отвечает так же спокойно и глаза фокусирует на мне абсолютно холодные.

Пятерней поправляет растрепавшиеся волосы, а я на сбитые костяшки смотрю и подавляю в себе порыв попросить у мужчины антисептик и обработать ушибы.

— А если я не хочу? - повторяю упрямо, и Игнат качает головой.

Выдыхает и отвечает совершенно спокойно:

— Не делай из меня зверя, Юля. Нам с тобой пять лет еще жить бок о бок. Не принуждай быть с тобой жестоким. Просто прими эту ситуацию, ведь я не откажусь от своего бизнеса, от корпорации, в которой работают тысячи людей, которые зависят от меня. У всех этих людей есть планы, надежды, у них есть уверенность в своем будущем с четким пониманием того, что их жизнь не рухнет в одночасье из-за того, что они потеряют свои рабочие места и нечем будет платить за кредиты, за образование детей, за квартиру банально... Не заставляй меня читать тебе лекцию о “всеобщем благе" и том, что один человек не значит ничего по отношению к тысячам..

ЕГО слова спокойные, взвешенные, уверенные.

— То есть ты заставишь меня выйти за тебя?

Кивает. Дает понять, что не намерен играть и казаться лучше, чем он есть на самом деле.

— У любого человека есть ниточки, потяни за которые и сделает все. Я могу сделать тебе очень больно, Юлия, при этом не прикоснувшись. Я знаю все о твоей семье. Кто где работает, куда ходит, мне не составит труда манипулировать тобою через боль других.