Книга Жена по завещанию, страница 38 – Анна Гур

— Мне перечитать пункт? — скупо интересуется Эдмон Вадимович.

— я не глухой.

Практически рычит Игнат и переводит взгляд на меня, смотрит так, что у меня дыхание останавливается, тем временем адвокат спокойно продолжает зачитывать.

— Развод допустим только спустя пять лет по обоюдному согласию сторон при учете, что в браке не будет рождено детей.

Пока адвокат говорит, меня не покидает ощущение, что я в какой-то комедии, что это просто безумный розыгрыш и откуда-то выскочат люди и будут орать о том, что меня снимает скрытая камера.

Адвокат все продолжает что-то зачитывать, а у меня уже мозг не воспринимает информацию. У меня шок. Чистейший.

— _ Дети, рожденные в браке.. В таком случае, если пара все равно подает на развод, то все акции переходят наследникам...

С каждым словом юриста лицо Юсупова становится все более жестким, глаза вспыхивают недобрым блеском, и я понимаю, что не хочу быть запертой с этим хищником в одной клетке.

Потому что такой, как он, способен растерзать голыми руками. И не может быть дичь в одном помещении с хищником, потому что он распотрошит и уничтожит, а я ощущаю, что именно эта участь уготована мне этим сумасшедшим завещанием, непонятным сюром, который происходит наяву...

Адвокат же читает с таким равнодушием, что становится ясно, что нашу с Юсуповым трагедию он просто не замечает.

— В свою очередь гражданка Беляева получит доступ к трастовому фонду, который открыт на ее имя, только в случае согласия на брак с гражданином Юсуповым.

— Какой фонд? Какой брак?! Вы что, сума сошли?!

Наконец, оцепенение с меня спадает и я вздрагиваю. Поднимаюсь резко из кресла.

Причем чуть ли не подпрыгиваю. Пячусь назад.

— Я не выйду замуж за этого мужчину! Не заставите! — не замечаю, как голос повышаю, ощущаю себя зверьком, которого загнали в угол и не дают и шанса на спасение.

Сжимаю кулаки.

— Это какой-то тупой розыгрыш. Так не может быть! Какое наследство, какой брак!

Какой развод через пять лет?! Какие дети?!

— Успокойтесь, Юлия, — наконец, отрывается от текста адвокат, - я всего лишь зачитываю волю усопшего.

— Какую волю?! Вырвать человека из среды его обитания? Заставить выйти замуж за незнакомца, которого я в глаза не видела до вчерашнего дня?! Вы уверены, что ваш клиент был в трезвом уме и в здравом рассудке?!

У меня голос лишь набирает децибелы, не нравится моя истерика адвокату, морщится.

— Документ был подписан в моем присутствии, и я могу поручиться в полном психическом здравии господина Бахтиярова.

— То есть, - холодный голос Игната разрезает пространство, - брак с ней, - кивок в мою сторону, - условие для того, чтобы я получил свой же бизнес?!

Вроде спрашивает холодно и равнодушно, в отличие от меня, кровь у Юсупова не кипит.

Сейчас перед собой я вижу абсолютно собранного, равнодушного бизнесмена, который вступил на тропу переговоров.

Адвокат откладывает документ, слегка откидывается в кресле и смотрит в упор на олигарха.

— Сейчас, Игнат, я буду говорить с тобой не как адвокат. А как друг семьи и человек, который долгие годы дружил с Альбертом. И, конечно же, я знаю историю становления империи Бахтияровых — Юсуповых.

— И раз знаешь, то все равно считаешь это завещание справедливым?!

Задает риторический вопрос Юсупов, а вот я затихаю, прислушиваюсь к разговору двух мужчин. На сердце у меня такая тяжесть и раздрай, что я уже не понимаю, что делать и как быть стой информацией, которую неожиданно получаю.