Книга После нас, страница 102 – Катерина Затула

Следующие тридцать минут мы провели в детской. Строили башню из кубиков, укладывали зайца и несколько раз перечитали одну и ту же книжку. Но вскоре Алисе надоело довольствоваться моей компанией. Она поднялась, прижала зайца к груди и направилась к двери.

— Ты куда?

— Мама.

— Мама спит. Давай дадим ей поспать.

Алиса даже не остановилась. Вышла из комнаты, дошла до спальни, толкнула неплотно закрытую дверь и скрылась внутри. Я пошёл следом. Она стояла возле кровати, подпрыгивала на месте и тянула Катю за край простыни.

— Ма-ма! Ма-ма!

Катя что-то невнятно пробормотала и открыла один глаз.

— Зайка…

Простыня по-прежнему оставалась в районе её талии, открывая голую спину и плечи, на коже виднелись едва заметные следы моих пальцев. Тело отреагировало. Я мысленно выругался. Очень вовремя. Катя приподнялась на локте и повернулась к нам. Простыня тут же поползла ещё ниже, обнажая грудь. Я заставил себя отвести взгляд и подхватил Алису прежде, чем мысли окончательно ушли не туда.

— Кать, иди умывайся и спокойно соберись. Я с ней побуду.

— Она хочет ко мне.

— Она увидела, что ты на месте. Теперь переживёт десять минут с отцом.

Катя сонно нахмурилась.

— Никита…

— Кать, спокойно. Я справлюсь. Иди в ванную.

Я наклонился, коротко поцеловал её в висок и покрепче перехватил Алису.

— Пойдём. У меня для тебя кое-что есть.

— Мама, — повторила она, продолжая смотреть на Катю.

— Мама сейчас придёт.

Мусоровоз произвёл именно тот эффект, на который я рассчитывал. Стоило нам выйти в гостиную, как она увидела коробку. Застыла у меня на руках, несколько секунд молча смотрела на яркую картинку, а потом повернулась ко мне и очень серьёзно произнесла:

— Биби.

— Она самая, — подтвердил я и опустил её на пол.

Алиса тут же присела возле коробки и принялась гладить изображение машины ладошкой.

— Мы ничего не открываем, — предупредил я. — Мы подождём маму.

Пока Алиса изучала коробку, я сделал Кате кофе. Через несколько минут она появилась в гостиной. Я поднялся ей навстречу, обхватил за талию и притянул к себе. Катя нахмурилась, но не отстранилась. Уже хорошо. Я поцеловал её в висок, затем в лоб и коротко коснулся губами кончика носа.

— Мы вообще-то маму ждали. Но мама с утра почему-то очень злая.

— Мама не выспалась, — охрипшим со сна голосом напомнила она. Затем посмотрела на Алису, уже пытавшуюся самостоятельно разобраться с коробкой. — Вы почему без меня открываете? Я хотела снять её реакцию.

— Мы ничего не открываем. Это Алиса осуществляет несанкционированный доступ.

Катя устало прикрыла глаза.

— Алиса накормлена. Я приготовил тебе кофе. Стоит на острове. Иди выпей и возвращайся доброй.

Она открыла глаза и посмотрела сначала на Алису, потом на меня. На мгновение в её лице появилось что-то тёплое, почти растерянное, но она тут же спрятала это за недовольством и посмотрела на меня исподлобья.

— Ты слишком многого ждёшь от одной чашки, Азаматов.

— Тогда выпей две. Мы подождём.

Катя что-то пробормотала и направилась на кухню. Вернулась уже с кофе и телефоном. Открыла камеру, навела её на Алису и кивнула мне:

— Теперь можно.

Я раскрыл коробку. Через несколько минут большой зелёный мусоровоз стоял посреди гостиной — почти полметра длиной, с открывающимися дверями, поднимающимся контейнером и несколькими кнопками на крыше. Стоило нажать первую, как машина загудела и замигала оранжевыми огнями. Алиса застыла. Её глаза стали огромными.