Книга Развод с прошлым, страница 47 – Марина Безрукова

— Нет, Наташ, это не рак. И это не заразно. У меня очаговая алопеция. На фоне стресса. Вот так случилось. Не повезло, — пожала я плечами, будто сообщила, что подцепила банальный насморк.

Я подошла ближе, забрала тюльпаны и чак-чак и пошла на кухню. Впервые не обняла и не поцеловала дочь, но никакого дискомфорта у меня это не вызвало.

— А ты с чего вдруг приехала? — спросила, наливая в вазу воду. — Спасибо за цветы. Красивые. А чак-чак, скорее всего, выше всех похвал.

Разговаривать старалась спокойно. К чему тут драмы с заламыванием рук.

— Ты лечишься? — спросила бледная Наташа, бочком усаживаясь на стул.

— Ну, конечно, я лечусь. А ты… что-то случилось? — я бросила на нее взгляд.

Наташа отвела глаза, поерзала, сдвинула со стола салфетку, потом вернула ее на место.

— Нет. Всё хорошо. Просто… соскучилась. Мы как-то поговорили с тобой в последний раз… Не очень. Я теперь понимаю, что ты была расстроена. У тебя же… это уже было, да?

— Было, — кивнула я, включив чайник. — Ты голодная?

— Но… почему ты мне не сказала, мам? — спросила Наташа.

— Не хотела тебя пугать. Расстраивать, — звякнули ложечки, когда я выдвинула ящик.

— И всё-таки… — она разглядывала столешницу.

— Что всё-таки? Что бы это изменило? Ты не побежала бы в стан отца? Не стала бы встречаться с ним и его женщиной? Не выкладывала бы фотку, где ты радуешься новому знакомству? И не только радуешься, но и полностью одобряешь и принимаешь?

— Но мам…

— Кстати, почему чак-чак, а не лучший в Казани чизкейк?

Наташа молчала. А я, чувствуя внутри звенящую пустоту, продолжила:

— Ты знаешь… вот этим фото, ты ведь меня не обидела. Ты меня разочаровала, Наташ. Я не ждала, что ты встанешь на мою сторону, я… надеялась, что ты хотя бы останешься моей дочерью. А не марионеткой, которая мечется между двумя лагерями, пытаясь урвать приз здесь и там!

— Мам, да что ты такое говоришь? Это вообще всё не так! — возмутилась Наташа, но в глаза не посмотрела.

Я усмехнулась.

— Ну ты еще скажи, что отец не рассказал тебе о моих будущих капиталах. Я так понимаю, он намекнул, что скоро любой банк даст мне кредит под залог дома?

— Я не за деньгами! — огрызнулась Наталья.

Она смотрела прямо перед собой, а по щекам разливалась розовая краска. Так бывало всегда, когда дочь злилась или нервничала.

— Нет? А зачем? — я сложила на груди руки. — Как там бабушка Зоя любит говорить? Ласковый теленок двух маток сосет? Может, ты, Наталья, и не за деньгами явилась. Но точно, чтобы узнать, какие перспективы на этот счет имеются. Если отец тебе не купит квартиру. Так ведь? Так вот я тебе скажу. Никаких. Никаких перспектив. Я ничего тебе покупать не стану.

Наташа, совсем как Иван, вскинула голову и прошила меня злым взглядом.

— Понятно, — голос звучал почти скучающе. — Правила игры изменились, как говорит папа. Ладно. Я всё поняла.

Закипел и выключился чайник. Мы обе даже не посмотрели в ту сторону.

— Я лучше к бабушке тогда поеду, — поднялась Наташа. — Тебе я явно мешаю.

Она вышла из кухни и подозрительно долго шуршала чем-то в прихожей. Открывала и закрывала шкаф. Потом сходила в свою комнату и снова начала собираться.

Наконец, ушла, громко хлопнув дверью. А я осталась в разоренном гнезде.

Анна

День был хмурый, как и мое настроение. Вот уже неделю вечерами я разбираю коробки и пытаюсь привести в порядок пространство, в котором отныне мне предстоит жить. Сколько — еще не решила. Всё зависит от того, как я себя буду здесь ощущать.