Онлайн книга «Стервочка Лиса»
|
Не знаю, прочитала ли Юлиана в моем взгляде предупреждение собственницы или ей действительно нужно было по делам, только она посмотрела на проплывающие за стеклом высотки, спешно сунула свой мобильный в сумочку и тронула Лайка за плечо: — Лайк, а ты не можешь меня где-нибудь тут высадить? У меня рядом встреча назначена. Да, прямо здесь можешь. Спасибо. Выскочила из машины, не попрощавшись (беги, выдра, беги!), и пошла в сторону одного из офисных зданий, а я смотрела ей вслед, шипя разъяренной кошкой. Сучка! Прибью! * * * — Ты как с матерью разговариваешь!? Что!? Что ты мне сказала!? Отец тебя разбаловал, а ты мне свои закидоны решила показать!? Я с тобой ещё не закончила! Забава! Забава! Алло! Отбросив телефон на диван, женщина несколько мгновений хватала воздух губами, словно рыба, выброшенная на берег, а потом ткнула пальцем в притихшего мужчину, слышавшего перепалку и с ненавистью произнесла: — Это все ты виноват! Распустил своими «у нас девочка растет»! Девочка? Девочка, я спрашиваю? Пороть ее надо было! Как Сидорову козу пороть! А ты, тряпка… Бесхребетное ничтожество! Говорила мне мама: «Наденька, выходи замуж за Славика, за ним как за каменной стеной будешь». А ты… Скотина… Мямля! Вырастил неблагодарную дрянь! *** — Это мое дело с кем я встречаюсь и с кем живу! Тебя спросить забыла? А твоя Зоя Родионовна пусть идёт козе в трещину со своими жалобами! Ещё хоть одно плохое слово про него скажешь или сунешься в мою жизнь со своими нравоучениями, можешь забыть, что у тебя есть дочь! Я давлю на кнопку сброса вызова, слыша разошедшуюся не на шутку мать, и не верю в то, что впервые не промолчала, как всегда, а выоралась в ответ и ещё ультиматум поставила. Ёжики конопатые… Писец… Писец! Пальцы трясутся, как у припадочной, уши горят огнем, а внутри клокочет, клокочет, клокочет. Елисей ей не нравится, Зое Родионовне шум ремонта помешал… Да пусть идёт эта карга старая в трещину со своим крючковатым носом, мимо которого незаметно даже муха не пролетит. До всего-то ей есть дело, везде сунуться надо… Ох ты ж ешкин кот… Выдыхаем, выдыхаем, Забава… Дышим… Ф-у-у-ух… Как же хорошо-то стало, ушастики… Папку только жалко. Она ж его там загрызет, запилит насмерть… Угораздило же именно сейчас позвонить… Уж лучше бы развелся, чем мучаться каждый день… «У нас все нормально, Забавушка. У мамы просто на работе что-то не задалось, вот и нервничает, переживает…» Сколько раз ты мне эту сказку рассказывал? Сколько раз обманывал, что она нас любит? Пап? Не любит ведь. Ни тебя, ни меня. Я же все видела, все понимала, хоть и маленькая была. А потом не выдержала, сбежала и тебя одного там бросила. Папуль… Прости… — Хозяйка… — Спасибо, Денис. Я беру протянутый платок и отворачиваюсь к окну, чтобы никто не видел, как меня колотит, как душат текущие слезы. Кабанюшечка, проснись, пожалуйста… Елисеюшка… Пожалуйста… У меня обрывается дыхание, когда я вижу открытые двери палаты и суетящихся около нее людей. Бледная Виктория Александровна ругается с врачами, Сергей Яковлевич едва сдерживает ее… Нет… Лера с подушками, Бык с одеялом… Нет! Только не это… Я силюсь сделать шаг, но ноги не слушаются меня… На каталке вывозят Елисея, укрытого с головой простыней… И мой мир летит под откос. Как в тот день, ледяная рука рвет ребра и тянет свои костлявые пальцы к застывшему в миг сердцу, чтобы раздавить его. |