Книга Сага о принце на белом коне. Книга 2, страница 19 – Юлия Стешенко

— Да, точно. Зачем платить за яблоки серебро, если можно совсем не платить? Вот и с магией то же самое. Зачем прибегать к великим ритуалам там, где достаточно самых обычных? Вылечить больного, вызвать дождь, наложить противопожарные чары — для этого хватит минимального уровня подготовки. И минимальной же силы. Структурировать которую можно банальнейшим мелком.

— Это так интересно! — Инги поглядел на Иву с таким восхищением, словно она только что золотое яйцо снесла. — Вы столь сведущи в вопросах магии… Повстречать такого образованного человека — большая удача.

Удача? Серьезно? А кто Торвальду соболезнования выражал? Кто предрекал, что связь с пришлой окажется малоприятной и тягостной? Уж не Инги ли? А теперь, когда Торвальд добился успеха — смотри, как запел! Мелкий, подлый, завистливый пакостник.

На самом деле Торвальду тоже было интересно. То, что он смог понять — да, было весьма интересно… Но не интереснее, чем удивительные машины на кухне у Ивы! Или коробочки, передающие звук на тысячи шагов. Или амулеты, укрывающие от дождя. Торвальд видел чудеса, которые Ингибьерн даже вообразить не мог. Интересно! Ха! Да откуда этому сопляку знать, что такое по-настоящему интересные вещи.

Торвальд, щедрой рукой навалив себе тушеной курятины, добавил к ней сыра и квашеных грибов. Раз уж Инги так расстарался — имеет смысл насладиться пиршеством. И подумать.

А что, собственно, здесь происходит?

Ну, первая цель очевидна. Инги хочет позлить Торвальда. И у него это, надо признать, получается. Вторая… Наверное, книжный червяк действительно хочет выпендриться. Показать, что он не хуже законного наследника.

И это, мать твою, тоже получается. Глядя на разнаряженного Инги, на стол, прогибающийся под весом угощений, Торвальд вынужден был признать — да, впечатляет. Был бы на месте Ингибьерна достойный воин, Торвальд даже заволновался бы — а ну как девица к сопернику переметнется.

Как хорошо, что Инги — это всего лишь Инги.

Бесшумно появились служанки. Сноровисто собрав тарелки с недоеденным угощением, они тут же начали расставлять следующие — со сладостями. Томленые в меду яблоки, медовые орехи, медовые лепешки — и просто мед: липовый, донниковый, вересковый.

Разве что пчел сушеных на стол не вывалил.

Инги, гордый собой, выпятил грудь, и Торвальду на мгновение стало жаль дурака. Нашел, чем пришлую удивлять. Нет, мед штука, конечно, хорошая… Но с шоколадом ему не сравниться. Или вот, скажем, с печеньем сахарным. Даже обычные леденцы, по каким-то причинам презираемые пришлыми, были намного вкуснее… Но Ива, любезно улыбаясь, все-таки положила себе на тарелку одно яблочко.

— Благодарю. Все очень вкусно.

— Попробуйте вот это, — Инги пододвинул к Иве серебряную мисочку, доверху наполненную темными сморщенными ягодами. — Это изюм. Так называют сушеный виноград — тот самый, из которого вино делают. Выглядит, конечно, сомнительно, но поверьте — это очень вкусно.

— Спасибо, — благодарно кивнув, Ива взяла одну ягодку — маленькую и черную, словно крысиное говно. — Откуда у вас изюм? Вы плаваете так далеко на юг?

— Да, конечно! Наши суда ходят до самой Визертии, это на берегу Темного моря. Но изюм можно купить и поближе, в той же Галларии, — рассыпался звонким серебром Инги. — Некоторые говорят, что визертийский изюм вкуснее, но это ерунда. Он просто дороже — потому, что везти далеко.