Книга Сага о принце на белом коне. Книга 2, страница 149 – Юлия Стешенко

Сложный выбор. До хелля сложный.

Торвальд побарабанил пальцами по стенке холодильника.

Так. Землянику вычеркиваем сразу. Ива упоминала, что это ее любимые ягоды. Негоже воину девицу объедать. Черникой можно и дома обожраться, там этого добра навалом — хоть свежей, хоть сушеной. Значит, остается ежевика!

Аккуратно, двумя пальцами ухватив пирожное, Торвальд перенес его на тарелку, с отвращением покосился на кофеварку и налил в чашку обычной воды.

Вот умные вроде бы люди. Волшебники. Дома огромные строят, по воздуху летают. А бьера не варят. Ну как так вообще?!

Примерившись ложкой, он подцепил ягоду, а вместе ней и крем — жирный, сливочный, сладкий. Покатал на языке, вслушиваясь в новый вкус, проглотил, зачерпнул еще.

Интересно, из чего это делают? Вроде бы обычные сливки, сыр, ягоды. Но когда-то же самое дома кухарка смешивала, получилось вкусно — но совершенно не так. Все равно что деревянный меч против стального. И на сахар эту разницу не списать.

Торвальд отломил краешек теста, за ложкой потянулась темная ниточка варенья, и он подхватил ее языком.

Ну какая же идея замечательная! Берешь лепешку, на нее варенье, потом крем, а сверху — ягоды. Мать вполне могла бы приготовить что-то похожее. Надо бы ей рассказать…

О! Рассказать — и уточнить, что рецепт передала Ива. Специально для мудрой Финны — опытной, умелой хозяйки, знающей толк в изысканных яствах. Пусть мать почувствует себя обязанной. Любовью к Иве она, конечно, не воспылает, но хотя бы оценит полезность. Не чужую, далекую полезность, к которой стремится ярл, а близкую и понятную. Рецепты, притирки для кожи, душистое мыло… Всякая ерунда, на которую так падки женщины. Там совет, тут подарочек — глядишь, Финна и успокоится.

Потому что это полнейшая ерунда. Отец хочет, чтобы Торвальд привязал к себе Иву как можно крепче. Мать хочет, чтобы он гнал ведьму прочь. А Ива… Ива ничего не хочет. Кроме самого Торвальда. Ни дома, ни подарков.

Жаль. Если бы ее любовь имела цену, было бы проще. Намного проще. Торвальд заплатил бы — так же, как Эйнар заплатил своей тупоголовой фермерше. Не в прямом смысле, конечно, все-таки Лекню не дешевая шлюха. Что бы там Финна ни говорила. Но Лекню хотела жить в богатстве, Лекню хотела почета и славы, Лекню хотела безопасности. Эйнар дал ей все это. А она — взяла. Подарив взамен любовь, заботу и нежность. Честная сделка, в которой каждый получил то, в чем нуждался.

А в чем нуждается Ива? И в чем нуждается Торвальд? Что они могут дать друг другу, кроме жарких объятий ночью?

Торвальд допил воду, отставил пустую чашку. Сковырнул с пирожного завиток крема, украшенный последней ягодой. Во рту стало сладко и кисло одновременно.

А может, ничего другого не нужно? Может, объятий достаточно? Жить, пока живется, радоваться, пока есть время для радости. А когда придется расстаться, сделать это без сожалений, сохранив в душе светлую память. Потому что такая встреча — уже подарок судьбы.

В спальне скрипнула кровать. Раздался вздох, потом зевок, мягкий шлепок — полетела в сторону спасительная подушка. Торвальд, развернувшись, ткнул в кнопку на кофеварке. В Грейфьяле он хорошо изучил привычки Ивы. Здесь мир, конечно, другой… Но Ива ведь прежняя.

Она вышла из спальни, запахивая легкий халат. Зевнула, протерла глаза и медленно, неуверенно двинулась в сторону кухни.