Книга Сага о принце на белом коне. Книга 2, страница 129 – Юлия Стешенко

— И что? Почему тебя волнует его мнение? — Торвальд, привычным движением забросив сумку на плечо, запрокинул голову вверх. Двадцатиэтажный дом возносился к небесам, отражая рыжее вечернее солнце десятками окон. — Что дальше? Куда идем?

— Сюда, — Ива взялась за ручку, потянув дверь на себя. — Мы приехали.

— Это. Твой. Дом?!

Глаза у Торвальда начали распахиваться — все шире, шире и шире.

Глава 37. О сомнительной пользе избыточности. И несомненной пользе сдержанности

Дом не принадлежал Иве. Только маленькая его часть — несколько комнат, отделенных совершенно неубедительной дверью. Поняв это, Торвальд ощутил разочарование — но вместе с тем и явственное облегчение. Потому что женщина, владеющая такими несметными богатствами… она… ну… ну… Ну зачем ей, скажите на милость, мужчина, который в тысячу раз беднее?

К тому же эту громадину кто-то убирать должен. Отапливать. Водой обеспечивать. Страшно представить, в какие расходы это выльется. И сколько людей нужно будет нанять. В мире, где даже рабов нет! Безумие. Чистое безумие.

Нет. Такой огромный дом — это все-таки чересчур. Без него лучше. Осознав это, Торвальд кивнул своим мыслям — и отправился осматривать жилище Ивы. Комнат оказалось всего пять. В одной — кухня, наполненная всякими волшебными штуковинами. Некоторые из них Торвальд опознал сразу — плиту, кофеварку, холодильник. Другие выглядели незнакомо. И вызывали сильнейшее желание потыкать пальцами в яркие ряды кнопок — просто из интереса. Будь Торвальд помладше, он бы, наверное, так и поступил. Но не сейчас. Предусмотрительно убрав руки за спину, Торвальд повертел головой, оглядывая полки с посудой, маленький коврик на полу и занавески, почти закрывающие окна.

Вот зачем это, скажите на милость? Если ты хочешь окно — ты не закрываешь его занавеской. Если не хочешь… Тогда не делаешь! Нет окна — нет проблем.

Закончив с осмотром кухни, Торвальд переместился в соседнюю комнату. Судя по всему, она была предназначена для трапез — вокруг длинного узкого стола выстроилось шесть стульев.

Не так уж много, если задуматься. Один для отца, второй для матери, третий для самой Ивы. Остается всего три. А братья-сестры? А бабушки-дедушки, дядья и тетки, племянники, племянницы? Друзья, наконец? Торвальд мысленно прикинул, сколько стульев понадобилось бы ему. Сбился на двадцать третьем, плюнул и перестал считать.

А у него ведь не самый многочисленный род!

Странно. Очень странно. Ива рассказывала, что кровавых междоусобиц здесь не бывает. Самое страшное преступление, если один мужик другого по морде отоварит. И где же тогда родственники? Почему их нет?

Может, моровая болезнь случилась? Не от всего же магия защищает. А может, несчастный случай. Вместе с домом сгорели, допустим.

Хелль раздери! А если в таком вот домище пожар?! Что делать? Ну выскочил ты из своих комнатушек за дверь. И что? Пока крохотная колдовская клетушка до земли доедет — испечешься в ней, как курица в глине. Если успеешь влезть, конечно. А не успеешь — так на лестнице испечешься, в компании других бедолаг.

Торвальд подошел к окну, выглянул вниз и поежился. Как будто с обрыва в пропасть посмотрел.

Нет, прыгать при пожаре — никакого смысла. Разве что принципиально гореть не хочешь. Предпочитаешь о камни разбиться.