Книга Пока я тебя не помню, страница 36 – Полина Дмитриева

— Нет. Пока нет. — Она прилегла рядом, но не касаясь его.

Прошло несколько минут, и она спросила:

— Как на работе?

Но ответа не было. Она подняла голову и увидела, что Максим спит. Прилегла на бок, подложив руку под голову, и не сводила с него глаз. Всеми силами вчера она гнала от себя мысли о нем, но теперь это стало невозможным. Недочитанная книга лежала в ее ногах, с укором смотрело на нее обручальное кольцо с прикроватного столика, но она глядела только на Максима и думала только о нем.

Последние дни все шло так, будто не случилось того поцелуя на озере, будто не было того неловкого разговора после массажа. Все было как раньше — легко и просто. И она все больше ловила себя на мысли, что Максим заблуждается в том, что ее интересует только его тело. Нет, гораздо больше ее привлекала удивительная чистота его души, его доброта и сострадание ко всем и к ней в частности. И хоть она не могла бы сказать, что этим не отличается человек, который однажды, возможно, надел ей на палец обручальное кольцо, она его все же не знала и не помнила. Такое ли уж страшное преступление она совершает, если чувствует, что ее тянет к Максиму? Люди сходятся и расходятся. Разводятся. Даже помня и зная друг друга. И если она вдруг однажды вспомнит того, другого, разве забудет она о Максиме и о том, что чувствует к нему, разве перестанет иметь значение все то, что происходит между ними?

Максим вдруг открыл глаза и тряхнул головой. И его взгляд встретился с ее взглядом.

— Кажется, я заснул, — сказал он, поворачиваясь к ней на бок.

И они оказались совсем близко. Еще ближе, может быть, чем тогда на озере. Ей вспомнился вчерашний утренний поцелуй. И то, как она гладила лицо Максима на озере, как долго он смотрел ей в глаза, как целовал ее после. И девушка потянулась и коснулась его губ своими губами. Он помедлил немного, но ответил на поцелуй. Его ладонь легла ей на затылок, спустилась на шею, а потом ниже по спине, прижимая ее к себе все теснее, все крепче. Он целовал ее так жарко и жадно, словно ему самому давно хотелось это снова сделать. И она обняла его за шею, тая от удовольствия.

И когда поцелуй закончился, она прислонилась лбом к его лбу и, переведя дыхание, тихо сказала:

— Я думаю, нам надо поговорить.

Но разговор отложился до вечера. Она с улыбкой посмотрела на сонного Максима, который продолжал прижимать ее к себе и гладить по спине, и сказала, что сначала надо поспать. Он хмыкнул и послушно закрыл глаза. А потом чуть наклонился вперед и коснулся на мгновение уголка ее рта своими губами, обнял ее покрепче и заснул.

Она и сама не заметила, как вскоре тоже провалилась в сон. А открыв глаза, увидела, что Максим все еще спит, и обрадовалась. Она проспала его возвращение и не приготовила ему завтрак, как хотела, но могла бы сделать обед.

Она тихонько выскользнула из его объятий и вышла из комнаты, бесшумно затворив за собой дверь. На кухне она открыла холодильник и долго задумчиво смотрела в него, размышляя, что она умеет готовить, но в голове по-прежнему была пустота. Мясо было заморожено, и ей показалось, что уже нет смысла доставать его, разве что к ужину. И единственное, что она, пожалуй, могла бы сделать — это яичница. Она постояла еще немного в задумчивости и решила наконец, что это будет не обед, а завтрак, ведь они только проснулись и позавтракать сегодня так и не успели.