Книга Подарок для рыцаря смерти, страница 234 – Дарья Верескова

Но с каждым часом становилось только хуже.

Камень будто удерживал внутри зимний холод, не выпуская наружу ни крупицы тепла. От стен веяло промозглой сыростью, земля под ногами постепенно превращалась почти в лёд, а воздух начинал обжигать внутренности при вдохах.

Первыми у меня начали неметь пальцы ног в обычных матерчатых туфлях, а после и руки. Затем сдалось всё, что оставалось открытым, включая кончики ушей, которые я накрыла волосами, нос и подбородок. Плащ, казавшийся мне тёплым этим утром, сейчас стал неподъёмным и почти не согревал.

Конечно, я пыталась ходить, растирала ладони, прижимала их к шее, дышала на них.

Стражники потеряли ко мне интерес, их смех и разговоры доносились издалека, я видела тёплый огонёк факела или костра и мечтала оказаться рядом. Иногда кто-то открывал дверь в коридоре, и тогда внутрь ненадолго проникала волна тёплого воздуха. Я ловила эти секунды почти с отчаянием.

Лечь я не смогла до самого утра, пока в темницу не заглянуло солнце, хоть немного растапливая землю. Я легла прямо у решётки, где было светлее всего, под лучами зимнего солнца, и постаралась забыться сном. Я надеялась, что время пройдёт быстро, сэр Гектор вернётся, и я смогу, наконец, начать приговор Кроффа.

Разбудил меня старушечий голос.

— Подпиши, детка, я передам тебе тёплого супа.

Тело свело от холода.

Я боялась, что даже не смогу пошевелиться. Как тут вообще выживают другие узники? Как тут выживал лорд из Альмерэ, или ему, как благородному, дали помещение получше?

— Что это? — перед глазами всё плыло, зато носом я отлично чувствовала запах горячей похлёбки, изумительный, потрясающий… Я сглотнула и почувствовала резь в горле — верный признак близкой болезни, и закашлялась.

— Подпиши, и тебе сразу же станет легче, — вновь повторила старушка. — Я же просто хочу помочь светлой душе, всё будет хорошо. Я вижу, как она страдает…

— Кто? — ничего подписывать я не собиралась, тем более что ничего не видела, перед глазами лишь проплывали некие завитки на свитке. — Сколько прошло времени? Есть новости от отряда сэра Гектора?

Старушка ушла, пошаркивая, и вместо неё сразу же появились стражники. Я так и не поняла, откуда она возникла и куда делась. Но в течение этих суток она возвращалась ещё трижды, каждый раз с горячей похлёбкой и каким-то свитком, видимо, считая, что от отчаяния я всё подпишу.

Ничего хорошего для меня здесь нет, это просто новая ловушка.

В последний её приход я даже не подняла голову и не смогла толком открыть глаза. Лишь твердила себе, что нужно подняться, что пережидать ночь на голой земле — отвратительная идея, но сил у меня не оставалось. Стражники не приносили мне еду, возможно, потому что видели эту старуху с похлёбкой, а может, просто не хотели. Сил подняться с того места у самой решётки, где когда-то было солнце, у меня не было, хотя с каждой секундой холодная земля всё сильнее отбирала последние крупицы тепла.

— Эй, а если она помрёт? — раздались над головой слова стражника.

— Могла бы быть и поласковее к нам. Её всё равно ждёт виселица или гильотина. Или же помрёт на приговоре Кроффа, как все остальные. Жалко красоту такую…

— Да она, по-моему, уже. Эй, девица, — один из стражников наклонился ко мне, сквозь едва приоткрытые глаза я видела его силуэт. Он потянулся к моей руке, лежащей на земле, и коснулся ладони.