Книга Миссия в Неаполе, страница 15 – Иван Любенко

И вот момент настал.

Священник у алтаря закончил молитву. В наступившей тишине раздался пронзительный звон серебряного колокольчика. Десять тысяч человек, как один, преклонили колени. В воздетых руках священника взмыла над алтарём гостия^[22] — Тело Христово. В этот миг абсолютной духовной сосредоточенности, когда сердца флорентийцев устремились к небу, на земле разверзся ад.

Это и был сигнал.

Атака началась одновременно с двух сторон, подобно удару молнии.

Сначала настигли Джулиано. Словно из-под земли вырос Бернардо Бандини, а следом за ним, с лицом, искажённым гримасой ненависти, ринулся Франческо Пацци. Джулиано, атлетически сложенный и сильный, попытался выхватить клинок, но первый удар Бандини в спину заставил его согнуться. А затем на него обрушился град ранений. Франческо Пацци, обезумев от ярости, резал и колол, не разбирая куда. Сталь входила в тело молодого Медичи снова и снова — девятнадцать раз. В слепом исступлении, нанося очередной выпад, Пацци промахнулся и с животным рыком вонзил кинжал в собственное бедро. Но боли он не почувствовал. Джулиано рухнул на мраморный пол в лужу мгновенно растекающейся крови. Жизнь покинула его прежде, чем тело коснулось камня.

В пятидесяти браччо^[23] оттуда, под самым куполом, Лоренцо услышал крик, но не успел понять его причину. Сзади на него набросились двое в сутанах — монах Стефано де Баньоне и священник Антонио Маффеи, чья крепкая рука схватила правителя за плечо, пытаясь развернуть для смертельного удара. У Лоренцо, охотника и турнирного бойца, реакция работала безупречно. Он резко дёрнулся в сторону. Клинок, предназначавшийся сердцу, лишь оцарапал шею.

В то же мгновение второй убийца, де Баньоне, нанёс удар со спины. Но Лоренцо уже обернулся. Кинжал, нацеленный в горло, соскользнул ниже и с глухим лязгом врезался в массивный золотой крест, скрытый под дорогим камзолом. Звук смятого металла утонул в первых криках паники, охватившей собор. Лезвие соскочило, не причинив вреда.

Правитель Флоренции, раненый, но непобеждённый, одним движением выхватил короткий меч из-под плаща и обмотал другую руку тканью, создавая импровизированный щит. Он отступил на шаг, готовый дорого продать жизнь.

Крики переросли в рёв. Толпа, секунду назад стоявшая на коленях в молитве, в панике хлынула к выходам, давя друг друга.

Бернардо Бандини, увидев, что Лоренцо жив, а его сообщники-священники топчутся в нерешительности, с проклятием бросился через хоры, чтобы завершить дело. Путь ему преградил Франческо Нори, управляющий банком Медичи, невысокий человек в летах. Заметив, несущегося на своего патрона убийцу с окровавленным мечом, Нори без колебаний шагнул вперёд. Он встал живым щитом между Лоренцо и Бандини. Смертельный удар, предназначенный Великолепному, пронзил верного слугу. Нори упал замертво, подарив своему господину бесценные секунды.

В этот момент хаоса к Лоренцо бросился его друг, поэт и гуманист Анджело Полициано. Человек книги, а не клинка, он действовал с поразительной ясностью ума.

— В ризницу, синьор! Скорее! — крикнул он, отталкивая растерявшихся друзей Лоренцо, молодых оруженосцев Кавальканти.

Полициано схватил раненого правителя за руку и потащил к северной сакристии^[24]. За ними устремились верные телохранители. Вместе они добежали до бронзовых створок, украшенных барельефами Луки делла Роббиа. Оказавшись внутри, они из последних сил навалились на прочные двери и задвинули кованый засов. С той стороны послышались удары и яростные крики.