Книга Элитный утопленник, страница 31 – Алексей Макеев, Николай Леонов

— Вот. Посмотри, пожалуйста, и скажи свое веское слово. А лучше не одно, — проговорил Крячко и положил зажигалку на какую-то книгу, составлявшую часть завала на рабочем столе Пружникова.

Тот хмыкнул, взял вещицу в правую руку, чуть подкинул, потом внимательно осмотрел ее со всех сторон, оценил заводское клеймо на донце, удовлетворенно кивнул и полюбопытствовал:

— Что ты хочешь узнать?

— В идеале — личность ее хозяина, — с улыбкой сказал Крячко. — Но для начала давай всю фактуру.

— Это знаменитая зажигалка «Огонек». Выпускалась она в шестидесятые-восьмидесятые годы на заводе «Металлодеталь», — начал Афанасий.

Для Стаса было очевидно, что осознание собственной квалификации вызывает у него крайне позитивные эмоции.

— Модель была скопирована — читай, скоммуниздена — с изделия «Монополь», запатентованного братьями Левенталь. «Огонек» изначально выпускался к памятным датам и событиям, например, к первому полету человека в космос, двадцатипятилетию победы над фашизмом, пятидесятилетию революции и так далее. В таких случаях поверхность зажигалки оформлялась особым образом. Например, на ней отпечатывался портрет Гагарина. Разные компании часто заказывали зажигалки как промопродукцию. Я сам видел такие с изображением символики «Аэрофлота». А вот этот вариант, пустой, без оформления, был выпущен малой партией специально для награждения бойцов Советской армии в период вывода войск из Афганистана, — уверенно проговорил Пружников.

— Почему? — осведомился Станислав. — Ты так говоришь, как будто это непреложный исторический факт.

— Так оно и есть. Об этом свидетельствует надпись «А. 15.02.1989». В «Энциклопедии интернациональных войн» есть даже фото награждения и отдельно — снимок такой зажигалки с ее описанием. Это точно она, — без тени сомнения проговорил Афанасий, открыл крышку зажигалки и крутанул колесико. Устойчивое желтое пламя озарило полутемную комнатку, придало ей киношного антуража. — Работает отлично. Умели в те времена делать. Не хуже «Зиппо». Думаю, она без проблем еще очень много лет прослужит. Ну так что, помог я тебе?

— Помог, — подтвердил Станислав этот совершенно очевидный факт. — Спасибо тебе огромное, Афанасий. Ты как сам-то? Мама здорова?

— Все путем, — сказал Пружников и, не морщась, в очередной раз опрокинул в себя коньяк.

Балидская скончалась в реанимации ближе к ночи, не приходя в себя. Экспертиза подтвердила первоначальное заключение заведующего токсикологическим отделением — острое отравление ртутью.

Гуров получил СМС, когда засыпал. Уже в семь утра он был на рабочем месте и пробивал по базе адрес дочери Веры Степановны.

Ехать к родным умершей женщины Лев Иванович решил сам. Станислава надлежало загрузить другими задачами.

Гуров достал мобильник, набрал номер лучшего друга.

— Не спишь? — риторически осведомился он. — Скончалась Вера Балидская. В связи с этим записывай текущие задачи. Тебе нужно получить развернутые данные судебно-медицинской экспертизы относительно смерти Михаила Балидского, поднять документы, связанные с отчуждением земли, выяснить все подробности этого процесса с точки зрения участия в нем местных жителей, узнать детали биографии Лихолетьева. Загрузил я тебя по полной программе, — констатировал Гуров с добродушным смешком. — Не держи зла, освобожусь и разделю с тобой груз текущих забот или напридумываю себе новые.