Книга Элитный утопленник, страница 94 – Алексей Макеев, Николай Леонов

Ему оставалось следовать протоколу лечения и ждать отрицательных тестов. Он надеялся, что за это время его скромная персона больше не привлечет внимание Гурова.

— Дальше ты все знаешь, — сказал Лев Иванович.

Они расплатились, вышли из кафе и неспешно двинулись по старому проспекту, забитому художниками, продавцами сувениров и уличными музыкантами.

Гуров пребывал в странном состоянии. Как будто в его голове не осталось никаких более или менее важных мыслей, а лишь какие-то обрывки. Сознание сыщика почему-то цеплялось за незначительные детали. Вот девушка несет в руках тубус. Что у нее там? Студенческая работа, архитектурный проект?

Ведь он когда-то мечтал стать архитектором. Может, стоило бы? Создавал бы отличные проекты здания и сооружений, не сталкивался бы с преступниками.

Гуров решил спросить, что думает об этом Маша и обнаружил, что она и вовсе глубоко погружена в размышления.

— О чем задумалась, любимая?

Он довольно редко употреблял подобное обращение к ней, но теплый вечер и неторопливая прогулка этому вполне способствовали.

Мария как будто нехотя оторвалась от своих мыслей и сказала:

— Думаю, как часто женщинам приходится отвечать за поступки своих мужчин. Сколько бы лет ни было миру, а ничего в этом плане не меняется. Тихая Вера пострадала за чрезмерно активный нрав мужа, а ведь могла бы жить себе спокойно, не встретив его.

— Ты считаешь, что в нашей с тобой жизни это обстоятельство тоже актуально? — Гуров был удивлен тем, что их мысли могли совпасть в части осмысления его профессионального пути. — Вымотала тебя моя работа?

— Я безотносительно к нам, — сказала Мария и улыбнулась. — В конце концов я выходила замуж за конкретного мужчину. Будь ты, например, учителем, это был бы уже совсем другой человек. — Она замолчала, приподнялась на цыпочки и поцеловала его прямо посреди Арбата.

Судьбу угодий, находящихся в Подлесновском районе, должен был решить суд с учетом всех обстоятельств данного дела, которые не были обозначены на первом заседании. По оценкам адвокатов, у жителей Козловки теперь были отличные шансы вернуть береговую зону в общее пользование. Они тихонько говорили, что Михаил Балидский боролся не зря, и ставили его в пример друг другу.

Суду предстояло дать оценку деятельности Фонда сохранения природы, а также его основательнице Ирине Кувалдиной. Самой этой организации грозило закрытие, но в отношении дохода, полученного за годы его работы, прогноз не был оптимистичным. Изъять эти деньги, скорее всего, будет невозможно.

Разбирательство обещало быть долгим.

Михаил Федорович Балидский оставил завещание. Половину дома в селе Козловка и кое-какие накопления в американской валюте должна была бы получить его супруга Вера Степановна. Своему надежному другу Олегу Семеновичу Ануфриеву он завещал добротную лодку-моторку и рыболовные снасти.

Другие книги доступны в библиотеке moreknig.org.