Книга Операция «Лиссабон», страница 8 – Валерий Шарапов

— Так точно, — покраснев, ответил Ломтев.

Андрей вырос в небольшом среднерусском городе, в дружной семье. С детства он бредил путешествиями, много читал о других странах. Может быть, поэтому любимыми предметами в школе были география, история и литература. Но в год, когда он оканчивал обучение, случилось несчастье — ушел из жизни отец. Теперь забота о сыне и двух младших дочерях легла на плечи матери. Позволить себе пойти в гражданский вуз и сесть на шею матери он не мог, поэтому решил поступать в военное училище на государственное довольствие. В военный институт иностранных языков он поступил с большим трудом, сказалась плохая подготовка как раз по иностранному языку. В его школе немецкому языку уделялось мало внимания, предмет считался на уровне факультативного. Поэтому попал в группу, в которую был даже недобор, — португальский язык. В то время дипломатических отношений с диктаторской Португалией, довольно слаборазвитой страной, не было. Ее колонии в Анголе, Мозамбике, Гвинее мало кого интересовали. Отношения с Бразилией, где также государственным являлся португальский язык, были ограничены торговлей и соглашениями по сотрудничеству в минимальной степени. Только в последнее время все закрутилось с неимоверной скоростью. В Португалии к власти пришли демократические силы, стали налаживаться отношения с СССР. Революционеры тут же дали свободу колониям, и в них закипела бурная политическая жизнь. В этих богатых полезными ископаемыми землях столкнулись интересы СССР, США, Китая и соседних стран. Потребность в переводчиках с португальского резко возросла. В дело пошли даже курсанты, начиная с третьего курса.

Майор редко сидел в кабинете в столице, он в основном мотался по стране то на «уазике», то на вертушке, то на попутном борту. В Анголу по воздуху и морем потоком шли военные грузы, специалисты. Для обеспечения безопасности нужна была агентура, режим секретности. Ломтева Виктор Иванович привлекал для создания агентуры среди местных. За товарищами ангольскими революционерами нужен был глаз да глаз. Очень легко они могли сменить политический окрас, а следом и лояльность Советскому Союзу. В бедной стране богато жили лишь португальцы-колонизаторы. Теперь их выгнали. Пришедшие во власть первым делом заселились в брошенные особняки и захватили оставленные прошлыми хозяевами автомобили. Теперь они захотели получить и остальные блага. Отсюда взятки, контрабанда, воровство. Ускоренными темпами лидер революции Агостиньо Нето создавал службу госбезопасности и разведки — ДИЗА (Департамент разведки и безопасности Анголы). ДИЗА, отвечавший за внешнюю разведку, контрразведку, обеспечение госбезопасности, подавление антиправительственных движений и госохрану, формировался под контролем советников из СССР, Кубы и ГДР. Купцов постоянно встречался с новыми сотрудниками, оказывал им всяческую помощь. Контрразведчики из Кубы и Восточной Германии, как правило, хорошо знали русский язык, так что с ними проблем не было, существовала тесная профессиональная взаимосвязь. Больше всего Андрею не нравилось общение с начальником столичного управления ДИЗА в Луанде товарищем Сантосом. Он за жестокость даже от своих товарищей получил прозвище Ястреб. Пытки, которым подвергали захваченных в плен соотечественников из УНИТА, шокировали офицеров из Москвы и Берлина.