Книга Операция «Лиссабон», страница 69 – Валерий Шарапов

— Ты, Дима, не торопись, — подключился к разговору майор, внимательно следя за происходящим в бунгало. — Мы здесь надолго, самое интересное еще не началось.

— А что будет самое интересное? — невольно спросил оперативник.

— Склонность к выпивке прежде всего, — вместо Николая Ивановича продолжил Андрей. — Если человек склонен к алкоголизму, да еще жаден, это же подарок для вербовщика. Ты ведь у нас не такой, Дима?

— У Ивкова не забалуешь, — со вздохом отреагировал собеседник. — Вмиг на родину отправит.

— Сними-ка мне вон ту парочку, — указал Андрей. — Уж больно тесно она прижалась в танце, пока супруг налегает на виски. Да не просто прижимаются, а уверенно вальсируют в самый темный уголок.

— И еще вот этих троих, что вышли из беседки, чтобы не слышали их разговор. По-моему, они решили выяснить отношения, — заинтересовался опытный контрразведчик.

Трое американцев отошли от строения на несколько метров и эмоционально стали что-то выяснять. Двое были довольно агрессивно настроены друг к другу, а третий стремился их успокоить. Это ему плохо удавалось, и в конце концов он махнул на них рукой и ушел дальше праздновать. У оставшихся дело до рукоприкладства не дошло, но то, что между ними серьезный конфликт, стало очевидно. Оперативники продолжали наблюдение, фиксируя каждое движение и жест, каждый взгляд и каждое слово прощания. Они терпеливо собирали информацию о каждом сотруднике резидентуры ЦРУ в Лиссабоне.

За время наблюдения удалось отщелкать целую коробку катушек с пленкой, на которой запечатлелись все детали прощания. Теперь у контрразведчиков была не просто коллекция фотографий, а целая галерея портретов, словно на страницах шпионского альбома. Но самое ценное, что они получили, — это понимание взаимоотношений среди американцев. Эти взаимоотношения были похожи на сложную паутину, в которой переплетались нити доверия, подозрительности, дружбы и вражды. Контрразведчики уловили слабые места в этой паутине, словно нашли трещины в броне противника. Они знали, что эти слабости можно использовать в своей игре, чтобы ослабить позиции врага.

От точного знания особенностей взаимоотношений между сотрудниками, а особенно между руководителем и подчиненными, зависели методы работы с объектом разработки. Это знание было ключом, который открывал двери к успеху. Контрразведчики еще не знали, кто из американцев вышел в кусты выяснять отношения, но теперь, благодаря фотографиям, это в конце концов выяснится. Пометки в блокнотах уже сделаны, и впереди — новые этапы разработки, которые будут вестись с учетом полученной информации.

Через некоторое время из Центра пришла информация по распознанию лиц, присутствовавших на юбилее заместителя резидента ЦРУ. Семенычев вызвал к себе обоих сотрудников, отвечавших за контрразведывательную работу.

— Ну что, товарищи, большую часть американских разведчиков удалось идентифицировать. Осталось несколько пока неизвестных нам человек. Все говорит о том, что они либо новички в нашем деле, либо не являются кадровыми сотрудниками ЦРУ. Поздравляю, хорошая работа.

Ломтев, знакомясь с информацией из архива КГБ, обратил внимание на заинтересовавший его факт.

— Товарищ полковник, здесь несколько человек до этого работали в БОБ, Берлинской оперативной базе. Зная педантизм немцев, можно не сомневаться, что у Штази на этих людей есть материал. Как у нас отношения с коллегами из немецкой разведки, работающими здесь, в Португалии? Можно попросить их поделиться информацией?