Книга Операция «Лиссабон», страница 114 – Валерий Шарапов

Праздник в деревне в глубинке России протекал довольно однообразно, а приезд брата с подарками из столицы — это, конечно, праздник. «Застолье — баня — застолье» и так по кругу. По весне грянуло постановление правительства «О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма, искоренению самогоноварения», в народе прозванное «сухой закон». Водка пропала, и самогон потек рекой.

В двухэтажном доме брата Михаила гуляли уже вторые сутки без перерыва. На дощатом столе, врытом в саду под раскидистыми вишнями и яблонями, не кончалось питье и еда. Михаил был крепкий хозяин, самолюбивый, и ему не хотелось перед братаном показаться жмотом. У Геннадия, как только удалось сбросить слежку, внутреннее сильное напряжение как бы отпустило, зато навалились страх и тоска. Он прекрасно понимал смысл статьи 64 Уголовного кодекса РСФСР. Измена Родине — это расстрел. Он пытался отогнать мрачные мысли гранеными стаканами самогонки.

Последние гости разошлись уже за полночь. Геннадий, пьяный до беспамятства, храпел в мансарде. Хозяйка с дочерью, намаявшись готовить еду и обслуживать гостей, усталые, тоже отправились спать. За столом осталась Светлана, догрызая крепкое свежесорванное яблоко, и хозяин. Михаил подсел поближе к родственнице. Женщина не возражала. Она давно заметила, что мужчина проявляет к ней повышенный интерес, но ей сейчас было не до этого. Она, ради успокоения, внушила себе, что всесильные американцы спасут их. Теперь ее мучил следующий вопрос — как им там придется жить дальше?

— Я смотрю, Светка, ты золото уважаешь, — Михаил ласково погладил женщину по руке. — Колечко у тебя не простое, а с бриллиантом, и не фабричная штамповка, а сделанное на заказ.

Сметанина насторожилась. Она никак не ожидала, что простой деревенский мужик разбирается в драгоценностях.

— Так значит, есть у тебя знакомые ювелиры, кто умеет работать с камушками?

— Допустим, а тебе-то что с того? — не очень вежливо ответила Светлана, подозревая, что это просто повод к заигрыванию.

— Да есть интерес. Подожди минутку.

Михаил прошел в дом и скоро вернулся с черным бархатным мешочком. Из него он достал небольшой камушек и протянул родственнице.

— Знаешь, что это такое?

Конечно, она сразу опознала этот прозрачный камень. Его она не могла спутать ни с каким другим. Довольно крупный экземпляр, чистого цвета, с голубой искрой.

— Это же бриллиант, вернее алмаз. Бриллиантом он станет после огранки. Хороший камень. Откуда он у тебя в Козловке?

— Так я перед тем, как здесь поселиться, восемь лет отработал на приисках в Якутии. Вот и смог припрятать.

— И что ты хочешь? — по-деловому спросила Светлана.

— Мне нужен человек, который поможет их сбыть. Ни здесь, ни в Казани такого не найти, а в Москву соваться опасно. Либо обманут, либо закопают в лесочке. Надежный человек нужен. Так есть у тебя знакомые ювелиры, чтобы не обманули и хорошую цену дали? Чего у меня камни лежат пустым грузом, надо их в оборот пускать.

— Есть у меня к кому обратиться, — задумчиво ответила женщина. — Сколько у тебя их?

— Сорок четыре штуки, — помявшись, решился Михаил.

Мозг работал с невероятной скоростью. Конечно, нет смысла сдавать драгоценные камни в Москве. Вот за границей они бы ей точно пригодились. Ведь с этим добром можно было там развернуться. Только надо сделать так, чтобы он отдал ей все камни сразу, а не стал крохоборничать, давая понемногу.