Книга Жаркая зима, страница 27 – Сергей Иванович Зверев

Ершов накинул шлемофон, проверил застежки. Взял со стола пистолет ПМ — восемь патронов в магазине, один в стволе. Затолкал в кобуру, застегнул клапан.

— Группу СОБР — на борт, — сказал он дежурному. — Передай Петрову: вылет через пять минут.

Дежурный кивнул и схватился за рацию. Ершов вышел из диспетчерской.

Снег ударил в лицо — мелкий, колючий, с ветром. Он поднял воротник, застегнул куртку до горла. Зашагал к вертолету.

Двести метров по бетонной полосе. Под ногами — хруст свежего снега, присыпавшего лед. Справа — огни командно-диспетчерского пункта. Слева — темные силуэты ангаров. Ветер дул с северо-запада, бросал снег в глаза. Ершов щурился, но шага не сбавлял. Он шел быстро. Мысленно прокручивал маршрут: от вертолетной площадки до северного торца — восемьсот метров по прямой. Но лететь придется с огибанием препятствий — ангары, вышки связи, склады горюче-смазочных материалов.

Высота полета — пятьдесят метров, чтобы не попасть в облака. Видимость сейчас двести метров — в облаках будет ноль. Посадка за ангарами — чтобы противник не увидел заранее. Риск обледенения — высокий. Восемьдесят процентов.

Из динамика на столбе раздался голос дежурного по аэродрому:

— «Внимание, детонация после атаки дронов продолжается. Всем подразделениям — усилить бдительность…»

Ершов ускорил шаг. Ми–8 приближался. Лопасти уже вращались с нормальной скоростью — гул нарастал, перекрывая ветер. Ершов чувствовал вибрацию — через бетон, через подошвы ботинок. Из выхлопных сопел — струи горячего воздуха, поднимающие снег. Фары включены — два желтых пятна на бетоне.

Возле вертолета — группа СОБР. Восемь человек. Старший — подполковник Петров, позывной «Петр1» — стоял впереди. В руках — АК–12, на бронежилете — подсумки с магазинами, гранатами, аптечка.

— Ершов, — сказал Петров, когда майор подошел. — Центр запретил вылет.

— Знаю.

— А мы взлетаем?

— Взлетаем.

Петров качнул головой.

— Хорошо. Мои готовы.

— Высаживаемся у северного торца стоянки номер семь. За ангарами. Дальше сами пешком, по обстановке.

— Понял. — Петров повернулся к группе: — На борт! Загрузка — две минуты.

Бойцы двинулись к вертолету. Петров на секунду задержался.

— Ты хоть понимаешь, что делаешь?

— Понимаю.

— Если сядем — я с тобой.

— Если сядем — значит, сядем.

Петров полез в вертолет.

Ершов обошел Ми–8 с левой стороны. Кабина находилась на высоте полутора метров, дверь была открыта. Штурман — справа, настраивал связь. Бортовой техник возился с двигателями снаружи.

— Штурман, — позвал Ершов.

Тот обернулся.

— Майор, погода — хуже некуда. Обледенение гарантировано.

— Знаю. Высота — минимальная. Держись рельефа.

— Риск потери управления…

— Риск есть всегда. Сегодня он оправдан.

Штурман кивнул.

— Понял. Загружайте группу.

Ершов залез в кабину.

Надел шлемофон, подключился к связи. Проверил — работает. Чистый шум в наушниках, без помех.

Рядом — бортовой техник уже закрывал люк двигателя. Защелкнул замки, проверил рукой.

В десантном отсеке — грохот. Бойцы СОБР загружались, рассаживались на откидные сиденья вдоль бортов. Оружие между коленями, рюкзаки под ногами.

Петров — последним, закрыл за собой дверь. Лязгнул замок.

Ершов включил внутреннюю связь:

— Петр, слышишь?

— Слышу.

— Через две минуты взлетаем. Через тринадцать — высадка. Приготовьтесь.